Этот эпизод мог однажды подарить им короткий момент интереса или неплохую тему для разговора. Для тех же, кто в нем участвовал, он превратился в воспоминание, от которого им не избавиться всю оставшуюся жизнь.

Лица из прошлого замелькали перед глазами. Фан Му вспомнил Ду Ю, Чжу Туанчжи и Лю Чжанчжуна; подумал про Чжан Яо и Мен Фанчжи. Некоторые из них счастливо жили где-то; другие… Фан Му предпочитал думать, что они вернулись в колесо перерождения и сейчас созревали в животах у будущих счастливых матерей или только-только открывали глаза в тепле и уюте детской кроватки.

«Где бы вы ни были, вы все, забудьте об этом. Если кто из нас и должен помнить, пусть это буду я».

Юноша завел мотор и поехал к северо-восточной окраине кампуса.

Лужайка возле бункера заросла сорняками. Фан Му вспомнил, каким зеленым это место было весной и летом – самое большое незастроенное пространство в кампусе. То ли университетское начальство не хотело заниматься его благоустройством, то ли просто боялось трогать – но ничего не изменилось. Наземный вход в бункер и прилегающий участок остались такими же, как в тот день, когда он вышел из дверей, волоча на себе Тай Вея.

Даже притоптанная, пожелтевшая трава перед входом осталась на месте. Фан Му подошел к двойным металлическим дверям и тронул экран из железной сетки. Пальцы тут же заледенели, на них остался след ржавчины.

– Хочешь зайти посмотреть?

Взгляды их встретились, и мгновение они стояли, не сводя друг с друга глаз. Оба, казалось, нисколько не удивились, как будто заранее знали, что встретятся.

Тай Вей подошел к Фан Му, подцепляя сухие стебли носками ботинок. Наклонился к двери и заглянул внутрь через железную сетку.

– Ничего не видно – слишком темно. – Он повернул голову и посмотрел на Фан Му. – Если хочешь зайти оглядеться, я позову сторожа.

Юноша покачал головой:

– Я знал, что ты вернешься. – Тай Вей задумчиво уставился на заросший газон. – Когда на работе одолевает стресс, я тоже приезжаю сюда. Приезжаю, сижу некоторое время, и становится легче. Я говорю себе, что если сумел пережить такое насилие, такую беспощадную жестокость, как тогда, то что по сравнению с ними нынешние мелкие неприятности?

Жестом он пригласил Фан Му сесть с ним рядом на земляной холмик и прикурил каждому из них по сигарете.

Тай Вей изменился не больше, чем это место, – если в нем и появилось что-то новое, то только пара-тройка морщинок. Но они не помешали Фан Му отчетливо вспомнить выражение, которое было тогда на лице товарища, и слова, которые он сказал.

– Знаешь, на самом деле я тебе завидую.

– Завидуешь мне? – Тай Вей задрал брови. – И почему же?

– Мало кому удается сохранить здравый рассудок после таких событий.

Тай Вей усмехнулся, явно довольный собой.