Тем, кто мне «подойдет», за кого я выйду замуж и рожу «породистых» детей. За таких как Кнут, дворовых котов, не выходят. Их гладят, подкармливают, а потом отпускают…

Хочется плакать, но я улыбаюсь.

— А может, лучше поедем к тебе?

Он смотрит в мои глаза, я узнаю этот блеск и то, что он сулит.

— Ну, поехали. Но сначала все-таки сюрприз. Я же обещал вывести тебя из зоны комфорта? Я всегда сдерживаю свои обещания.

Я возвращаюсь домой… хорошо за полночь. Очень хорошо. А если быть совсем точной, то время почти пять утра — рассвет, робкие лучи уже выглядывают над крышами домов, окрашивая горизонт кроваво-алым.

Наступил новый день.

Я знаю, что наглею все больше и больше, и таким темпом отец скоро приставит ко мне охрану, но я не могу расстаться с Пашей. Просто не могу! Мы долго целуемся в его машине, потом заплетающимися от усталости и недосыпа языками болтаем какую-то чушь, «щипаем» друг друга подколами, смеемся непонятно над чем, потом снова целуемся.

— В конце лета Андрюхе должны сделать операцию, если повезет, он встанет на костыли. К тому времени я уже завершу кое-какие свои дела. Лерка родит. Мы сможем уехать, — шепчет Кнут с совершенно серьезным лицом, и я, опьяненная жаркой летней ночью, хочу ему поверить.

Просто отпустить все и поддаться.

А может, так как «правильно» — это вообще не мое? Может, «мое» это вот это все? Гонки по ночным трассам на раздолбанной тачке, идти наперекор всем и вся. Мне же с ним так хорошо.

Сегодня я продолжила выходить из «зоны комфорта» и совершила две глупейшие вещи — отрезала волосы и… сделала татуировку. Вернее, в обратном порядке, но сути это совершенно не меняет.

Приподнимаю рукав джинсовой куртки и смотрю на воспаленное «нечто» под прозрачной пленкой.

Тату на запястье. И не спрячешь ведь особо, если что.

— Нас там точно ничем не заразили?

Кнут закатывает рукав рубашки и задумчиво смотрит на свою руку:

— Хрен знает. Скоро проверим.

Ржем как два ненормальных, словно под чем-то, хотя абсолютно трезвы, а потом соприкосаемся запястьями и наши татуировки образуют единое целое — крошечный цветок. Причем у меня — кривой стебель с шипами, а у него — прекрасные лепестки. Со смеху умереть.

Это и было его «интересное место»: он решил сделать себе очередную татуировку, а потом взял меня на слабо, что я на такое точно никогда не решусь.

А я взяла и решилась! И получилось в итоге вот это. Жутко кустарная картинка, но я буду носить ее с любовью. Потом, когда рядом окажется кто-то «правильный», я буду смотреть на нее и вспоминать эти безбашенные ночи.

Хотя сдается мне, что никакого «правильного» уже не будет…

Ох и плохо ты на меня влияешь, Кнутов!

Трогаю руками свои теперь уже короткие волосы с осветленными концами и офигиваю от совершенного.