Я сглатываю и принимаю его трясущимися пальцами, разворачиваю и ужасаюсь. Это был мой почерк, помимо письма здесь и бумага с выпиской на большую сумму. Просто огромную!

— Это не моё, э-это не я! — выкрикнула Сарманту.

Меня лихо затрясло, вся картина того, что могло бы случиться здесь, если бы Наб нашёл этот конверт… Меня бы арестовали немедленно, тут же! Но… как это оказалось у Сарманта? Ответ пришёл сразу же. Он успел перехватить это, был здесь до этого визита и убрал улики.

Дыхание застряло камнем в груди. Он снова спас меня, спас от этой жуткой ужасающей перспективы, которую уготовила мне мать Камрона.

— Это не я, — произнесла уже шёпотом, стало невыносимо больно от того, что Рэн тоже может поверить в это всё!

Он сделал шаг в мою сторону и возвысился надо мной грозной тучей. Скользнул по моему испуганному бледному лицу взглядом и перевел его на письмо, которое я сжимала в побелевших пальцах. Сердито нахмурился и забрал из моей руки.

— Я знаю, — бросил конверт на стол, — что это не… ты, — вернул на меня взгляд, заставляя тонуть в горячем, словно чашка какао, взгляде. — Я не предупредил в машине, но так было нужно, иначе бы ты себя выдала…

Он усмехается, на щеках появляются такие знакомые дразнящие ямочки. Сармант поднимает руку и касается пальцами моей щеки, гладит, слишком нежно, слишком ласково, чтобы протестовать.

Мысли и ощущения смешиваются. Я тяну в себя воздух, совершенно растерявшись от этих действий.

Он склоняется к моим губам. Мужской аромат, как чистый всплеск морской волны, обдает свежей прохладой. Рэн Сармант — сильный и потрясающий.

— Зачем вы это делаете? Помогаете мне, рискуете… — пытаюсь понять.

— Потому что ты… — он поднимает взгляд и пытливо смотрит мне в глаза. — Ты мне нравишься, нравишься по-настоящему. Ну и к тому же ты действительно не виновата.

Не могу сдержать улыбки. Лёгкие наполняет жаром, не хватает воздуха, от этого лёгкое головокружение. А ещё на меня ещё никто так не смотрел, с такой всепоглощающей жаждой и желанием.

— Что мне ещё сделать, чтобы ты поверила? — в голосе искренние нотки, которые разбивают вдребезги оставшиеся барьеры. — Скажи, Вишен.

Его лицо выглядит всерьёз озадаченным, выражая лишь одно: для него это действительно головоломка. Ну как можно быть таким неумолимым. Беспощадным.

— Мне страшно, господин следователь, находиться в усадьбе одной. Останетесь со… мной? — срывается с моих губ.

Боже, что я делаю?! С ума сошла.

Сармант смотрит несколько секунд на меня. Застывшие пальцы мужчины вплавляются в кожу на моей скуле.

В следующий миг Рэн заключает меня в объятия. Я касаюсь его плеч руками, ощущая под ладонями твёрдые мышцы. Во рту становится сухо.

— Ну вот ты и попалась, — шепчет на ухо, отчего предательские мурашки разбегаются по плечам.