Мы снова целуемся, еще импульсивнее – как два любовника, которые хорошо знакомы, но могут еще многое поведать друг другу с помощью своих тел. Лямка платья соскальзывает вниз с моего плеча, и Леонардо подхватывает одну из грудей, обсасывая, нежно истязая сосок легкими касаниями языка и зубов. Я расстегиваю ремень на его джинсах и открываю ширинку, высвобождая его выпирающее желание. Затем откидываю голову назад, поглощенная этой агонией, и опускаюсь спиной на мраморную столешницу. Одной рукой отталкиваю корзинку с красными апельсинами, и они катятся по полу, как огненные бильярдные шары. Леонардо надо мной, его горящие черные глаза смотрят прямо в мои. Его рука проскальзывает мне в нижнее белье и уверенно проникает внутрь, а его язык продолжает лизать мой сосок. Я в порыве прижимаю его голову к себе.

Он выдыхает возбужденно и, не останавливаясь, терзает кружево трусиков, оттягивая и задевая им мою вульву. Я вскрикиваю:

– Разорви их! – и прикусываю губу.

– Что? – Леонардо дергает кружево с силой.

– Разорви их, прошу тебя, – повторяю, уже со стоном.

На его губах появляется сладострастная улыбочка, руки разрывают ткань, и кружево бесшумно падает на пол.

Леонардо одним махом снимает свои трусы и джинсы и, потянув меня за колени, медленно проникает в меня. Я влажная и горячая, как он хочет, и не могу быть другой каждый раз, как он приближается ко мне.

Мы снова начинаем целоваться. Он подкладывает руку мне под ягодицы и толчком приподнимает меня. Я удерживаю его в себе, вцепившись ему в шею, и позволяю взять себя на руки. Он еще немного удерживает меня так, глядя мне прямо в глаза. Теперь его поцелуи становятся более мягкими, деликатными, разрушающе нежными.

– Элена, ты прекрасна.

Затем неожиданно он подталкивает меня к мойке. Мой зад скользит по холодной стали, но это не имеет значения. – я чувствую только его жар.

Резким жестом он выходит из меня.

– Оближи меня, почувствуй твой вкус, – просит он.

Я встаю на колени и принимаю его в рот. То, что я сейчас облизываю, – это он вместе с моим желанием к этому мужчине, которого обожаю больше всего на свете.

Я действую со страстью до тех пор, пока он не выскальзывает из моих губ, чтобы снова вернуться внутрь меня. Леонардо обхватывает меня сзади за талию, опираясь другой рукой о столешницу, словно хочет придать устойчивость нашему шаткому равновесию. Толчки убыстряются, мощные и уверенные. Я стараюсь удержаться на мойке, но в этот момент моя рука задевает переключатель смесителя. Поток холодной воды выливается мне на спину. Страсть и мурашки.

– А-а-ах! – кричу громко из-за этого неожиданного ощущения, пронизывающего мое тело. Холод смешивается с жаром: вода на коже, огонь – внутри.