— Ты будешь папиной женой? — неожиданно спрашивает ребенок.

— Господь с тобой, нет, конечно. Я просто гостья, которая немножечко заблудилась, и твой замечательный папа решил мне помочь. Скажи, а вы тут живете с ним вдвоем?

— Ага. Ну собачки тут еще есть, кошка, козочки, свинки.

— Понятно. А сколько тебе лет?

— Пять, — поднимая ладошку вверх и шевеля пальчиками, произносит мальчик. — А тебе?

— Чуть больше, примерно на еще три ладошки и один пальчик.

Матвей берет мою руку и начинает пересчитывать в уме пальцы, сосредоточенно высунув язык.

— Двадцать."

"— Ты забыл еще один пальчик.

— Двадцать один.

— Да ты умненький оказывается, я вот так не умела. Скажи, Матвей, а вы всегда с папой жили вдвоем? — ай да Анька, ай да сама тактичность.

— Неа.

— А кто жил с вами?

— Анна Сергеевна, будь так добра, пройди на кухню. Очень нужна твоя женская помощь, — слышу уже хорошо знакомый голос бородача.

Вот гад, подслушивал что ли? Самое интересное и не дал узнать. Молча встаю с дивана, поправляю платье и иду на выход.

— Конечно, помогу, Илья. Как вас по батюшке, кстати?

— Муромец.

— Ааа. Ну понятно. И борода такая же.

— Матвей, иди мыть руки, — пропуская меня вперед, бросает Илья.

— Значит так, разведчица хренова, — подталкивая меня на стул, начинает бородач. — Чтобы за оставшееся до утра время, даже не думала расспрашивать моего сына о чем-либо. Поняла?

— Фу, как грубо.

— Если тебя что-то очень интересует, ты можешь спрашивать об этом меня, — игнорируя напрочь мое «фу», заканчивает бородач.

— Значит так, — копируя его интонацию, начинаю я. — Если вы не заметили, ваша собака испортила мне босоножки. После этого вы просто обязаны…

— Жениться на тебе? — с усмешкой произносит Илья.

— Губу закатайте.

— Закатал. Как раз вчера-щеки, уши и язык. Правда губ там нет.

— Что?!

— Кориандр, соль, чеснок и смесь перцев, — открывая холодильник, спокойно произносит бородач. — Очень вкусный рулет получился. Будешь? — кладет на стол что-то длинное, серовато-белое в прозрачной упаковке. — Отомри. Это вообще-то деликатес. Чего нос кривишь?

— Он как-то сам кривится, я его не контролирую. Постойте, зачем вы переводите тему? Какой к черту рулет?

— Мясной. Деликатесный продукт. Еще раз повторить?

— Хватит! Верните мне босоножки, иначе… Ну просто верните. Ладно, фиг уже с этими. Мне непринципиально, хотя они и стоили прилично. Просто дайте мне какую-нибудь обувь, не галоши!

— Извини, у меня правда нет женской обуви.

Ставит тарелки на стол и кладет вилки на салфетки, совершенно не замечая моего негодования.

— Ну значит купите мне что-нибудь. Здесь же есть поблизости магазин? Если не сейчас, то завтра? Ведь это же она их сгрызла, — указываю пальцем на, в общем-то, дивную белую собачку.