— Я ничего не знаю о возможной угрозе, моя Лиза, — он протянул руку, чтобы заправить выбившуюся прядь волос из ее прически.

— Но ты подозреваешь, — проницательно взглянула на торнианца девушка. — Ты подозреваешь, что Лукен попробует что-то еще.

— Да, — наконец признался Грим. — Он хочет тебя, Лиза. Он хочет то, что есть у тебя.

— Дети, — прошептала она.

— Да. Когда он прибудет на Торниан, то сразу пойдет к Рэю и будет ходатайствовать, чтобы тебя привезли в Торниан, тебя и девочек. Тебе будут предлагать тех, кто считается пригодными для соединения.

— Но я уже выбрала, — твердо ответила Лиза. — Тебя, я выбрал тебя, Грим.

— Лукен будет оспаривать мое право на тебя, заявив, что ты не была проинструктирована и не знала, что пообещала, — предупредил Грим.

— Он может утверждать все, что хочет, но я все равно выберу тебя!

— Мне не позволят присутствовать в Зале Ассамблеи, это право пригодных самцов, — поставив свой стакан в сторону, Лиза оседлала колени Грима.

— Это был мой выбор, и моим выбором всегда был ты, — наклонившись, она скрепила их клятву поцелуем.

— Сколько времени у нас есть? — глядя на угасающий огонь, она нежно ласкала его обнаженную грудь.

Грим не стал делать вид, что не понял.

— Корабль прибудет на Торниан завтра. Это займет у Лукена неделю — подать ходатайство, и еще неделю, прежде чем Рэй рассмотрит дело. После этого, неизвестно, сколько времени потребуется, чтобы Рэй принял свое решение. Если он займет сторону Лукена, я должен буду представить тебя Ассамблее, чтобы они могли вынести решение о нашем соединении.

— Вынести решение… ты говоришь мне, что кучу незнакомых людей будут обсуждать, имею ли я право выбрать тебя?

— Пусть только попробуют, Грим! — заявила Лиза, ее голос стал жестче.

 — Я разорву их на части, если они попытаются забрать нас у тебя. Никто не заберет меня от моей семьи!

— Никто не заберет твоих детей от тебя, моя Лиза, — стал успокаивать ее торнианец.

— Я говорю не о девочках, Грим. Я говорю о тебе и нашем народе, народе Люды. Они сейчас тоже моя семья, и я буду бороться, чтобы защитить их.

Грим закрыл глаза, читая молитву благодарности Богине, за то, что она подарила ему эту самку в качестве суженной.

Его жизнь была бы пустой без нее.

— Спи, моя Лиза, — сказал Грим тихо. — Даже одного дня с тобой будет достаточно.

— Я люблю тебя, Грим, — прошептала Лиза, убаюканная биением его сердца.

— Кто-то пожаловался на службу моей Королеве, Монфор? — спросил Грим, сидя за столом в главном зале Замка Луанде рано утром следующего дня и глядя на своего давнего друга.

— Были недовольства, сир, но никаких жалоб, — ответил дворецкий. — Они не понимают, почему Вы отослали их.