И простодушно удивилась, когда Хумха объявил, будто женщины не способны на такие чудеса. То есть поймите правильно, она вовсе не собиралась ему перечить, просто ушам своим не поверила. Девочки из Семилистника с момента вступления в Орден твердо знают, что они — лучшие, так уж сложилось. Им легко быть скромными и держаться в тени — доказывать-то ничего никому не надо. И тут вдруг бедняжка Ренива встречает человека, который не менее твердо убежден, что женщины вообще ни на что не годятся. Конечно, она растерялась.

— Узнаю Хумху, — вздохнул я. — Послушать его, так вообще никто ни на что не годится. Женщины, иностранцы, уроженцы провинций, колдуны, равно как и лишенные способностей к магии, семейные люди, как, впрочем, и закоренелые холостяки, молодежь — то есть все, кому меньше двух тысяч лет, — и старики, потому что возраст не пошел им на пользу… Думаю, пора бы ему прийти к заключению, что вообще все живые люди — существа второго сорта. То ли дело призраки. При условии, что они не были при жизни женщинами, иностранцами или, да помилуют нас Темные Магистры, провинциалами.

Джуффин одобрительно ухмыльнулся:

— И ведь прекрасная жизненная позиция, не придерешься. Если учесть, что все мы в той или иной степени подвержены заблуждениям, следует выбирать для себя убеждения, которые доставляют максимальное удовольствие. Сэр Хумха — молодец. А мы с вами, Кофа, жалкие неудачники.

— Я надеюсь, это шутка? — внезапно спросил Габа Гро. — Потому что вы же не можете действительно так думать?

Джуффин мгновенно стал серьезным, хотя я видел, с каким трудом ему это далось.

— Конечно шутка. Не самая остроумная и совершенно несвоевременная. Извините, пожалуйста.

— Да нет, ничего, — вздохнул Габа. — Просто я плохо понимаю шутки.

— На самом деле, вас сейчас интересует только один вопрос, — сказал Джуффин. — Можете не задавать его вслух. Ответ — почему бы нет. Попробуйте. Если у вас получится еще раз избавиться от горя, запрем его в Холоми вместе с остальными.

— Вы правда мне это разрешите? — бедняга ушам своим не верил.

— Ну да. Какая мне разница, сколько их там будет сидеть — пятьдесят три или пятьдесят четыре? А мучить персонально вас у меня нет ни малейшего желания. С чего бы, собственно.

— Но ведь все это случилось по моей вине. Разве нет?

Вид у Габы Гро был совершенно потерянный. Кажется, если бы Джуффин стал грозить ему страшными наказаниями, он бы почувствовал себя более уверенно.

— Конечно, — согласился Джуффин. — Однако неудачный эксперимент не может быть сочтен преступлением. И в любом случае, законы Соединенного Королевства не запрещают избавляться от горя — ни законопослушным гражданам, ни государственным преступникам. Поэтому — вперед. Хоть сейчас. Пока вас снова не скрутило.