Она орала, проклинала меня, покрывала матами мою жену все время, пока ее насильно волокли по лестнице. Я пошел в кабинет, чтобы это все не слышать, вернул пистолет в сейф, налил себе виски со льдом. Но так и не сделал глотка, смотря в окно на озеро. Все встало поперек горла.

Элизабет где-то напугана до смерти. Зачем ее похитили? Чтобы меня шантажировать? Но они пока не пишут, не звонят. Маринуют меня в ожидании? Хотят довести до отчаяния?

Внутри бурлила бешеная сила бегать, искать, перевернуть весь город с ног на голову. Имя сукиного сына мне сейчас ничего не скажет, ничем не поможет найти место, куда увезли Элизабет.

Марго хотела ужалить меня побольнее? Поняла, что ей не светит ровным счетом ничего. Я редко беру в руки пистолет, грязными делами занимается служба безопасности. И она осознала, что ей конец.

У меня даже слов нет, как ее обозвать после всего. Я в полном шоке... и недоумении. Будто не заметил, налетел на стеклянную дверь в супермаркете и расшиб нос.

— Демид Эдгарович? — Борис вошел в кабинет. — Мы пробили по каналам. Брат Элизабет находится в Нидерландах. Мы его быстро найдем.

— Не нужно его ко мне вести.

Пусть сукин сын ни о чем не подозревает. Тем более за ним наверняка следят и, если увидят, что мы его забрали, могут перевезти Элизабет в другое место. Сделаем иначе. Отвлечете брата, украдете его смартфон и по GPS узнаете места, где он бывал последнюю неделю. Смартфон вернете. Раз он в Нидерландах, то, возможно, ездил на базу, куда повезли Элизабет.

Я протолкнул в себя глоток виски. Алкоголь оцарапал горло словно иглами. Я стал мерить шагами кабинет, дошел до стены и скинул подаренную фотографию Марго на пол. Следом швырнул почти полный стакан с виски.

Стекло оглушительно звенело, разлетаясь в стороны.

Невыносимо ждать! Когда она непонятно где, неясно в чьих руках и что с ней собираются делать. Я себе не прощу, если с ней что-то случится.

Меня заперли в маленькой комнатушке без окон. Сыро, холодно, я отчаянно куталась в чужую куртку, сидя на брошенном на полу матраце. Слезы запеклись солеными дорожками на щеках. Меня колотило. то ли от холода, то ли от страха.

Они, мужчины с каменными лицами, ничего не говорили, не отвечали на мои вопросы. Почему меня бросили здесь?

Я думала, рядом с Демидом мне ничего не должно быть страшно.

Что его охрана защитит от всего. Что мой бывший никогда не сможет добраться до меня. А теперь на щеке до сих пор ныла кожа от его пощечины.

Но враги Демида еще хуже. Как я могла думать, что если он меня полюбит, нас ждет прекрасное счастливое будущее?

Это слишком для меня. Никакие деньги и любовь лучшего в мире мужчины не окупит то, что происходит сейчас.

Правда, мне очень хотелось бы хоть немного почувствовать, как это, быть любимой им... Но видимо, не в этой жизни.