Она находилась, точно на пороховой бочке. Разумом понимала, что Тимур взрослый человек, серьезный, ответственный, и он точно ничего не скажет и не сделает, что могло расстроить маму. А вот Геныч… За брата она не была уверена.

Как оказалось, зря.

Геныч, хоть и посматривал на зятя с настороженностью, на рожон не лез. Видимо, тоже понимал, что мужские разборки следует оставить на потом.

Когда мясо было готово, перешли в дом. Лера как-то сама собой оказались в обществе парней, а Тимур уединился с тещей. Взяв по тарелке с мясом, они удобно расположились в креслах, установив между собой невысокий журнальный столик.

Две тарелки с мясом, пара с овощами и бутылка вина с одним бокалом. Бутылку вина прихватила Маргарита Николаевна. Лера, увидев, что мама надумала споить зятя, хотела это безобразие пресечь на корню, но ее отвлекли. Потом было поздно. То и дело оглядываясь на них и посматривая в сторону Тимура, лениво потягивающего вино, Лера спрашивала себя — ну, что будет взрослому мужчине с бутылки вина? Ничего. Наверное.

Лера рассказала брату про деньги, что собрали Михей с Серым, и тот хотел их всучить парням обратно.

Не получилось.

— Ты за кого нас принимаешь? — насупился Михей.

На этом разговор закончился. Парни обменялись взглядами, которые сказали куда больше, чем слова.

Постепенно Лера расслабилась. Серый откуда-то притащил плед и ненавязчиво укрыл им ее ноги. Лера немного сонно улыбнулась в ответ.

— Спасибо большое.

Дом, здоровые родные, потрескивающие дрова в настоящем камине, вкусный ужин, чувство, что внутри тебя зреет жизнь — две! — что еще надо для счастья.

Лера лениво посмотрела в сторону мамы с Тимуром, и с долей удивления заметила, что тот, нахмурившись, смотрит на нее.

Странно. Потом перевел взгляд на плед, причем перевел демонстративно медленно, когда заметил, что Лера за ним наблюдает. И недобро так усмехнулся.

Лера отвела взгляд, даже головой как можно незаметнее тряхнула. Может, ей показалось? Почему Тимур должен недовольно на нее смотреть? Вечер вроде бы хорошо проходит. Когда в следующий раз Лера повернулась в его сторону, он продолжил разговаривать с тещей, которая с увлечением о чем-то ему рассказывала. На столике вместо вина оказался пузатый графин с янтарной жидкостью.

Коньяк, поняла Лера. А вот это уже плохо. Даже она, не пьющая, знала, что смешивать нельзя.

Геныч оживленно спорил с Михеем по поводу каких-то IT- разработок, а Серый присел рядом, оказавшись не у дел.

— К тебе можно? — спросил он.

— Конечно. О чем речь?

Вопрос друга брата прозвучал странно. Ранее Лера не замечала, чтобы кто-то из друзей Геныча спрашивал у нее разрешение, чтобы опуститься рядом или подтрунить над ней. Она же для них была «мелкой».