Она была напугана и взволнована, но я – олух этакий – связал изменение ее настроения с появлением Полины и Родиона. Подумал, что она испугалась, увидев Полину. И она что-то знает. Она ведь пыталась отвести меня в сторону и о чем-то рассказать! У меня не было сомнений в том, что виновата Полина.

– Господи, неужели я произвожу такое впечатление? – качаю головой.

– Нет, Поль. Это я дурак. Выходит, любой может сбить меня с толку? А потом ко мне в дом пришел Журавко. Квартиру обыскали и ничего не нашли. Но странность заключалась не в этом…

– Кира, странность в том, что все это время ты общался с женой убиенного Артеменко и никому об этом не говорил! Даже Петр Жуков пытался вспомнить что-то – запахи, шаги… Хоть как-то помочь следствию. Ему удалось даже аромат средства от моли узнать.

– Виноват, сказал же! В день обыска моей квартиры я навестил Наталью и Егора. Вы бы видели, как он выглядел! Поцарапанный, какой-то испуганный, он…

– Все верно, преступник поцарапался о решетки на окнах первого этажа. А в квартиру Полины Романовны он попал через приоткрытую форточку. Криминалисты обнаружили следы крови на решетках и сравнили их с образцами крови Егора Артеменко. Яд подкинул он, желая подставить Полину, – говорит Журавко. – Кстати, теперь понятно, чего испугалась Лариса – Егор работал официантом на том банкете, она его узнала. Именно он сунул ей в сумку приготовленный Алексеем Шаровым яд. Даже если бы она рассказала все на банкете, ее бы вряд ли спасли…

– Так она знала обо всем? – произношу я.

– Следствие допрашивает преступников, – поджимая губы, словно обозначая собственную значимость, произносит Журавко. – Скорее всего, Лариса догадывалась о причастности Шарова к убийству. Она какое-то время имела с убитым близкие отношения. Артеменко мог проговориться ей о…

– Постойте-ка, а за что Шаров его убил? – подается вперед Родион. Откладывает трость в сторону и приваливается к спинке дивана.

– Артеменко грозился рассказать о его махинациях. Следователи изъяли компьютер из кабинета Шарова – это он сливал данные конкурентам и получал за это хороший куш.

– Черт! – вскакивает Кирилл. – А отец обвинил нас с братом! Не разговаривал с нами несколько лет, считая предателями.

– Да, все так и было. Николай Артеменко составлял акты и заметил, что цифры в его докладах меняются. Он пригрозил Шарову, что расскажет все Максиму Игоревичу Богородицкому. Конечно, такого Шаров допустить не мог. Он накрыл стол мужикам в производственном цехе, купил дорогое спиртное, а потом написал Артеменко сообщение от имени таинственной незнакомки, мол жду в кабинете Богородицкого. Так он его выманил в кабинет директора. Шаров знал, что пьяный Николай Артеменко ведет себя буйно и вызывающе.