Понимая, что другого шанса не будет, Маржана подбежала, на ходу разрезая себе ладонь, оседлала Сандора и накрыла сочащейся кровью рукой его пасть. В кожу тут же вцепились острые, словно иглы, зубы.

— Хааррас нарра аморрат! — не сдерживая слез боли выкрикнула она. Зверь резко замер, вперив в ее глаза полный злобы взгляд, — Анс аниум ла каариум!

Мокрую зелень хвои заволокла серебристая дымка. Черкнув по горлу зверя слабым надрезом, Маржана капнула густой темной крови себе на язык прямо с кончика ножа. По телу волной прокатился жар. Руки задрожали. Отбросив клинок, она схватила изуродованное лицо Сандора в саднящие ладони, заставляя обратить на себя внимание.

— Ты слышишь меня? Сандор? — сизый туман сошел прочь, являя ничего не выражающий взгляд. Маржана не удержала смеха сквозь льющиеся ручьями слезы, — конечно же слышишь! Так вот, мой родной, приготовься выполнить свой первый приказ. Первыми в списке приближенных королю Лордов стоят Лоаны. Сегодня ночью ты их навестишь.

Поднимаясь с неподвижного тела, она никак не могла успокоиться. Багровые разводы на голубом платье расцветали перед глазами размытыми маками.

— Как восстановится, отмойте и выпустите в первые часы ночи. Через тридцать минут жду у себя четырнадцать нигде не задействованных человек.

И, подняв ритуальный клинок, вышла прочь. Ей предстоял разговор с Эларией, которая еще пребывала в неведении последних событий. Она будет рада узнать, что сегодня ночью ее война начнется.

Пустота проснулась три часа назад. Она билась внутри Алесаны запертым в клетке зверем, жгла огнем и опаляла холодом, сдавливала душу и сердце, будто была живой, разозленной сущностью, не согласной больше сидеть в неволе.

Возможно, на нее так подействовал Анискир или заклинание-вызов Ренара. А может, просто пришло время.

Тело Алесаны выгибалось и металось по полу, куда она скатилась с кровати при первом же приступе.

Она кричала и глохла от этого звука, отскакивающего от пустых стен.

Она в кровь искусала губы.

Разодрала ногтями шею, пытаясь избавиться от удушающих невидимых пальцев.

Но в один потерявшийся в полубреду момент все прекратилось.

Не веря себе, Алесана откинулась на спину, тяжело, с хрипом дыша. К горлу подступила тошнота.

Девушка едва успела вскочить на колени. Ее вырвало. И тут же затрусило от озноба. В нос ударил кислый запах, вызывая повторную волну тошноты. Тело ломило, кожа болела, перед глазами плыли светлые круги.

Дверь скрипнула, приблизились тихие шаги, чьи-то руки помогли встать и уложили на кровать. Алесана провалилась в небытие.

— … очнись. Тебе нельзя спать.

Женский голос звучал будто из глубокого колодца. По лицу слабо ударили. Потом еще раз. И еще. Наконец, звонкая пощечина выдернула из тумана.