Все, что он сделал со мной, намного хуже всего, что делал Уэс. Его нужно остановить.

Я уже знаю ответ, но все равно задаю его, потому что должна услышать это из его уст.

— Ты не знал, верно?

Уэс спрыгивает с кровати, разжимая мои кулаки и переплетая свои пальцы с моими. Я хочу раствориться в нем.

— Конечно, нет. Я бы никогда ни с кем так не поступил, не говоря уже о том, кого я…

Он обрывает себя, но мое сердце болит, когда я хочу услышать остальное.

— Кто-то, кого ты что?

— Кто-то, о ком я… забочусь, — выдавил он.

Не совсем те слова, которые я надеялась услышать, но все равно это больше, чем я заслуживаю.

Он заботится обо мне. Даже после всего.

— Ты потеряла сознание, пока мы были в постели. Я отнес тебя сюда. Ничего не случилось, — добавляет он, хотя я уже знаю, что он не воспользовался бы мной, пока я накачана наркотиками и без сознания.

— Значит, ты так и не оставил меня одну после того, как я отключилась? Никто… ничего со мной не сделал?

Его взгляд становится нежнее.

— Нет, я бы никогда не оставил тебя одну. Ни на секунду. Если бы кто-нибудь попытался что-то предпринять, я бы похоронил его заживо.

Мое сердце воспаряет при этих словах, и мне удается прошептать:

Он проводит большим пальцем по моей щеке.

У меня перехватывает дыхание.

— Хлоя вцепилась бы мне в задницу, если бы я позволил чему-нибудь случиться с тобой.

Удивленный, облегченный смех вырывается у меня изо рта, даже когда что-то болезненно сжимается в груди. Он упомянул Хлою при мне. Без гнева или вины.

Я так по ней скучаю. Я бы хотела, чтобы она была здесь, чтобы поплакаться. Заставить Трея заплатить за то, что он сделал со мной.

— Иметь ее в качестве соседки по комнате на первом курсе было лучшим, что могло со мной случиться.

 — Я улыбаюсь, потому что, если я этого не сделаю, я снова разрыдаюсь, а я уже достаточно выплакалась в объятиях Уэса Новака. Он не должен быть вынужден утешать убийцу своей сестры.

— Это тоже было лучшее, что с ней случилось.

Шок от его слов почти сбивает меня с ног. Если бы она никогда не встретила меня, она все еще была бы жива.

— Не знаю, как ты можешь так говорить, — шепчу я. — Я — причина, по которой она мертва.

— Так и есть, — соглашается он. Возможно, мы оба проведем остаток наших жизней, пытаясь простить меня за это.

 — Но она любила тебя как сестру.

Мои глаза наполняются слезами. Хлоя была самым близким человеком, который у меня когда-либо был, как сестра. Но я не имею права оплакивать ее.

— Я тоже любила ее. Я все еще люблю.

— Ты нужна мне, Вайолет. — В горле у него хрипит, черты лица искажены болью. — Если мы собираемся пройти через это, мы нужны друг другу.

Я киваю, желая этого больше всего на свете. Все, чего я хотела с тех пор, как она умерла, — найти утешение в объятиях Уэса.

Он гладит меня по щеке, выдавив улыбку.