И через пару секунд скрылось за углом соседнего дома, попав при этом, правда, под пулеметный обстрел с крыши. Но тоже без какого-либо вреда.

– Серый, глушняк, – сказал забежавший обратно в комнату Васька. – Никаких выходов, стена.

– M-мать! – от всей души выругался я.

– Чего делать будем?

Я вздохнул, сказал то, на что никак язык не поворачивался:

– Сначала с Сергеича патроны с гранатами поделить надо, хрен знает, сколько и от кого нам тут отбиваться придется. И «Северок» подбери, нам еще с нашими на связь выходить.

– Может быть, связь установим, а? – с надеждой спросил Васька.

 – Попробуем?

– С кем? – не понял я.

– Как с кем? С теми, к кому идем. Ты что, не сможешь через знакомых договориться, мол, такого-то позовите, давайте друг друга проверим? А так подскажут чего, может быть, или из минометов прикроют, трудно им, что ли?

Идея лежала на поверхности, можно было и самому догадаться, тем более что даже наши короткие рации могли, по идее, отсюда дотянуться до анклавов, занятых теми, к кому мы шли. Но думаю, что не с первого этажа.

– Вась, ты прав, но надо сначала отсюда свалить, – сказал я, секунду подумав и оглядевшись.

 – Скоро нас тут накроют, пока радио терзать будем.

– И как мы отсюда? – озадачился Кэмел.

– Откуда я знаю? – удивился он вопросу. – В штукатурке, покрашенная.

За столами в большой комнате я обнаружил два лежащих тела, мужчины и женщины, – тех самых, кого, просыпающихся, убил Васька. Старые уже мертвяки, которые даже вонять перестали. За дверью оказался вход в архив, тесно заставленный стеллажами, пол между которыми был чуть не по щиколотку завален бумагами. На бумагах хватало следов запекшейся крови, какая-то заваруха была.

Так, стена, по прикидкам – самая крайняя, должна отделять контору от жилого дома. Штукатурка под зеленой краской и побелкой. Можно быстро проверить, но как бы под рикошета не угодить. Окошко есть в стене, через него в свое время всякие справки с выписками гражданам выдавали, вот им и воспользуюсь.

Автоматных патронов пожалел, сунул снаружи руку с пистолетом и сделал с десяток выстрелов, в воздухе повис острый запах пороха.

Заглянул внутрь, осмотрел следы от пуль на стене – стена кирпичная, как весь дом, собственно говоря. А чего я ждал, хрущевка и есть хрущевка.

А вот насчет толщины этой самой стены есть вопросы. Если стена капитальная, то она кирпича в три толщиной, на ней перекрытия лежат. А если перегородка, то там толщины всего ничего, чуть ли не кулаком проломить можно.

Нет, какая, в задницу, перегородка? Тут как раз стандартная трешка под контору отведена, значит, стена капитальная, в три кирпича. Сантиметр плотно прижатого пластита выбивает сантиметров двенадцать бетона, а что по кирпичу? Не помню, но примерно где-то так, даже больше.