— Давай, давай… Дави на тапку, Исхаков. Сто пудов же можешь быстрее.

И, словно услышав меня, мицубиси начинает сокращать расстояние до несущегося метрах в десяти пежо и за какую-то минуту почти достаёт своим заострённым носом до его заднего бампера.

— С меня самый грязный стриптиз, если приедешь первым, — шепчу я, от волнения подсовывая вспотевшие кулаки под бёдра. — Если ты, конечно, меня ещё не разлюбил.

Следом представляю Карима, который по окончании заезда выходит из машины и снимает с себя защитный шлем. Как он протирает перчаткой мокрый от пота лоб и довольно скалит зубы. Мой самый любимый момент в гонках — это когда они заканчиваются и я, распихав сгрудившихся механиков и болельщиков, могу запрыгнуть на своего чемпиона. Пошутить про то, как он жутко пахнет, и, получив шлепок по заднице, вгрызться ему в рот под завистливые взгляды чикуль.

Я вздыхаю в отчаянии. Мы просто обязаны помириться, потому что я хочу пережить эти счастливые мгновения ещё много раз. Будет ужасно несправедливо, если через полгода или год кто-то другой вместо меня будет так же запрыгивать на Карима, вызывая у окружающих зависть. И что ещё хуже, если эта кто-то будет весить меньше меня и вместо «Фу-у, вонючка» станет нашёптывать сладко-ванильное «Горжусь тобой, любимый», заставляя Карима думать: «Как хорошо, что в моей жизни больше нет упитанной грубиянки Васи». Нет-нет, этого нельзя допустить.

— Мамочки! — взвизгиваю я, подскакивая с кресла.

Пока я улетела в мир фантазий, машина Карима столкнулась с пежо в повороте.

Прижав ладонь к вибрирующей груди, я нависаю над экраном телефона. Мицубиси дважды развернуло и выбросило с трассы за ограждение. Туда же отлетел пежо. Что происходит дальше, я не вижу, потому что картина переключается на другие автомобили. Теперь лидирует форд.

— Какого чёрта ты это показываешь? — рявкаю я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы истерики. — Кому интересны эти черепахи?! Что с моим Каримом?

И пусть здравый смысл подсказывает, что ничего ужасного произойти не должно, потому что это не первый случай, когда пилот вылетает с трассы, внутри панически дребезжит. А вдруг?.. Мало ли. Может, Карима сильно тряхнуло и он повредил себе что-нибудь… Шею, например. Или что-то в его скоростном корыте воспламенилось, и камеры просто переключились, чтобы этого не показывать. А я, как назло, сижу тут и ничего не могу сделать!

Видеограф сжаливается надо мной через пару минут, показывая, как пежо с мицубиси вытягивают из кювета и возвращают на трассу. Я зло стираю слёзы и выключаю экран. Ну что это за спорт такой, от просмотра которого можно преждевременно поседеть? Правда потом снова включаю, чтобы посмотреть неутешительные результаты. Исхаков и Гареев спустились в середину турнирной таблицы.