Он не кричал, но слышала я его замечательно, хотя в уши задувал ветер.

Сглотнула слюну. Вот уж магические миры не перестают удивлять.

— У меня был вулкан, потоп, из воды появилась гора с острыми пиками, обросла льдом, посреди лета пошёл снег, затем спустилась лавина, за ней ещё несколько, ветер дул так, что смесь воды со снегом превратилась в каток. Поднялся воистину штормовой ветер, ещё и не один, а с землетрясением, и горы… «поломались», — мужчина выделил последнее слово и голосом и движением рук, которое я приняла за взрыв, — после которого крупные части горной породы разлетелись в стороны.

Глаз нервно дёрнулся.

— То есть это нормально, да? — уточнила, понимая, что мне конец. Я даже приблизительно не понимала, с какой стороны подступиться к разборке со стихиями. По эрмидской традиции инструкций к армагеддону не выдавали.

— Академия сама принимает решение, кого как испытывать, большинство обходится стандартным набором процедур, кто–то и вовсе дальше артефакта не идёт. Тебе его даже не показали — академии интересно, кто ты такая и на что способна.

«Огонёк, мне нужна твоя помощь.

Я не понимаю, чего от меня хотят, а Рагнар не говорит!»

«Пока не появится последняя стихия тебя не станут атаковать», — занудным голосом, словно я в стотысячный раз отвлекаю его от просмотра любимого сериала, ответил мой «сожитель».

«И что делать, когда она появится?!»

«Проходить испытание. Верить в себя. Вспомнить, что ты тёмная и начать шевелить мозгами», — раздражённо пробурчал Огонёк. — «Умереть я тебе не дам, но проверить, вдруг у тебя есть способности к другим стихиям, мы обязаны, это полезная информация, так что сперва пробуй сама», — вредный Огонь немного утешил, но лишь на мгновение.

«Умереть не дам, а пострадать — запросто», — начала бухтеть я.

«Страдания очищают душу!» — припечатал Огонёк, поставив таким образом точку в разговоре.

— Н-да уж, помощничек, — вздохнула я вслух.

— Я не имею права помогать. Только могу спасти за момент до смерти, — «успокоил» Рагнар.

— Очень мило, — огрызнулась, наблюдая, как грязевая воронка начинает вырисовывать вокруг нас круги, диаметр которых быстро уменьшался. — Особенно то, что можешь спасти, а можешь не спасти.

Ладно, как обычно, всё приходится делать самостоятельно.

— Это твоё испытание, — заметил брат по своему обыкновению безэмоционально и веско.

И был прав. Я слишком привыкла полагаться на него. Когда рядом мужчина, который берёт и решает твои проблемы без просьб и напоминаний, немного расслабляешься. Если бы его не было здесь, я бы наверняка что–нибудь уже придумала, а так стою и жду, зная, что при Рагнаре волноваться не о чём. Хорошо устроилась.

Губы поневоле растянулись в улыбке.