Ты можешь сколько угодно демонстрировать мне ужасы прошлого, но я точно знаю, чувствую тем самым пока не бронированным сердцем, что ты действуешь из благих побуждений и желаешь мне добра. Только пока не можешь найти компромисс между прошлыми убеждениями и настоящими чувствами, — добавила, отчётливо ощущая, что попала не в бровь, а в глаз.

— Я рад, что не стал в твоих глазах чудовищем.

Посмотрела в бездонные, наполненные бесконечной Тьмой глаза отца. Он говорит правду, не увиливает и не лукавит, значит, наша беседа — полноценные переговоры, а не обычный его способ задурить мне голову, чтобы сделать всё по–своему.

И я отвечу правдой на правду. И выбью себе ещё немного самостоятельности.

— Ты можешь им стать, если будешь и дальше выстраивать мою жизнь по своему усмотрению. Я понимаю и даже в глубине души разделяю твою страсть к экспериментам, но настаиваю на том, чтобы в мою личную жизнь никто никогда не вмешивался. И, раз уж мы строим новый порядок, настаиваю, чтобы вы прислушивались к моему мнению.

Мы переглянулись с Рагнаром, он мне кивнул и улыбнулся, подсказывая, что всегда на моей стороне, но в наши отношения с отцом он вмешиваться не станет — мы должны договориться напрямую, без посредников.

— Я не привык согласовывать свои действия с кем–либо, но ради тебя стараюсь. Это нелегко, — признал повелитель огненных тёмных с таким тяжёлым вздохом, будто я заставляю его выполнить непосильную задачу.

Эти слова звучали и ранее, но сейчас он не играл.

Мамочки, да я же действительно начала его ощущать на полную мощность! Все сожаления, сомнения… Его мысли закрыты, но чувства, упакованные в сто тысяч слоёв защиты, я вижу как на ладони!

«Это и есть дар саашани, Миа. Тебе дано слышать миры, но люди и нелюди на порядок проще, тебе только нужно научиться настраиваться на них», — подсказал Огонёк.

— А ты посмотри на наши отношения по–другому, пап, — весело предложила я. — Наша раса взяла своё начало из эксперимента и долгие годы славилась нетривиальным подходом к решению любых проблем. Мы шли против системы, ломая устоявшиеся традиции, стереотипы, изобретая новые механизмы, находя неизведанные пути. Может, не стоит превращаться в закостенелых в собственных убеждениях древних, а продолжить развитие? Ты ведь хотел запустить историю на новый виток. Так зачем делаешь из меня классическую огненную тёмную? Немного добра в сердце ещё никому не помешало. Разве плохо, что наши с Рагнаром дети вырастут в любви, будут уверенными в себе и собственной семье? Как по мне, это их усилит, а не ослабит. Одиночкам тяжело.

— Ну, как посмотреть, — не согласился отец.