Только охранявший его спутницу правоохранитель находился в готовности немедленно пустить в ход оружие.

Закричав от отчаянной боли в суставе, «киношник» едва не вскочил, как на пуантах. Следующее балетное движение, пробежку, надо честно сказать, исполнил он бездарно, однако очутился там, где его и хотел видеть Веклемишев – на директрисе между ним и стражем Софии. Тот на удивление быстро среагировал на рывок Вадима, выбросив в его сторону дуло пистолета. Однако он опоздал на доли секунды. Арестованный был надежно прикрыт воющим от боли в запястье его же коллегой.

Ствол заплясал в руках полицейского, а глаза его растерянно забегали от взбунтовавшегося Вадима к начальнику, застывшему в крайнем замешательстве от случившегося.

Момент был критический. Если лейтенант быстро очухается и достанет свой пистолет, то Веклемишев окажется в перекрестье двух пулевых траекторий и прикрытие в виде «киношника» окажется бесполезным. Его мозг лихорадочно просчитывал ситуацию и не находил решения уравнения с тремя неизвестными. Но оно неожиданно упростилось усилиями Софии.

Вадим сделал ошибку, просчитывая стволы.

Он совсем забыл о «кольте», покоящемся на дне холщовой сумки под бутылкой минеральной воды. Заходя в телефонную будку, Веклемишев передал сумочку Софии, чтобы руки были свободными. И сейчас оружие пошло в ход. Правда, использован «кольт» был не по прямому назначению, а в качестве ударного инструмента. Когда полицейский направил на Вадима пистолет, София, воспользовавшись тем, что страж правопорядка повернулся к ней спиной, размахнулась и со всей девичьей силы врезала ему сумкой по голове. Сильнейший удар по черепу справа сбоку завернутым в ветошь пистолетом лишил полицейского сознания. Его бегающие глаза остановились, чтобы в следующее мгновение закатиться. Несчастный молча рухнул на пол.

Он еще не коснулся грязных половиц, как Веклемишев пошел на дальнейшее сокращение членов уравнения. Ослабив хватку, Вадим выдернул из руки «киношника» пистолет и обрушил его на голову визави. Еще секунда ушла на то, чтобы снять «браунинг» с предохранителя и передернуть затвор. Последнее, кстати, можно было не делать. В стволе уже находился патрон, который выскочил из патронника и покатился по полу.

– Не двигаться! – заорал Веклемишев начальнику полиции, лапающему дрожащими руками кобуру, и направил «браунинг» на лейтенанта.

– Стоять, ублюдок! Руки вверх! – едва не одновременно с ним закричала София.

Бросив быстрый взгляд на спутницу, Вадим с удовлетворением рассмотрел, что женщина успела подхватить выпавший из рук ее «крестника» пистолет и также взяла лейтенанта на мушку. Под прицелом двух стволов ошарашенный начальник полиции убрал руки от кобуры и потянул их к потолку.