— Как он оказался вместе с моим отцом?

— С его слов мы поняли, что граф Перовский, Серж и третий, неизвестный нам господин, заставляли его присоединиться к их планам, он отказался, чем и навлек на себя все случившееся.

— Но зачем держать его вместе с ценным заложником? Почему не убить? — я нахмурилась.

— Как вы кровожадны, княгиня, — шутливо произнес он, но сразу же посерьезнел. — Я не могу ничего тебе ответить. От дальнейших допросов господина Реджинальда Уитли я был отстранен.

— Я… — неловко начала я, пытаясь подобрать слова утешения.

Георгий перебил и строго на меня посмотрел.

— Мы не станем об этом говорить.

— Как хочешь, — кротко согласилась я.

Я даже представить не могла, какая боль и обида скрывалась у него за напускным равнодушием. Позорная отставка... и за что? По сути — за его верную службу Государю!

Князь ответил мне беглой, бледной улыбкой и отпил кофе.

— Еще вопросы?

— Не раззадоривай меня, — я потянулась за пирожным. — Как вы освободили отца? И где Серж? Как ему удалось скрыться?

— Я уже говорил, что Михаил расшифровал ту схему, которую ты нашла в комнате брата. Получается, князя Разумовского мы освободили благодаря тебе, — и он отсалютовал мне чашкой, и был при этом предельно серьезен.

— Вы смущаете меня, Ваше сиятельство. Отца освободили благодаря тебе.

— Я польщен, что так считает моя собственная жена, — он вновь отшутился. — О большем и мечтать нельзя.

Я лишь закатила глаза.

— Миша все расшифровал, мы спланировали, обер-полицмейстер нарушил договоренности и приказал никого не оставлять в живых... теперь граф Перовский убит, а, кроме него, нам некого допрашивать. Остальные — мелкие сошки, шестерки. Сложили оружие и лишь потому живы.

— А Серж?

— Сбежал, — Георгий скрипнул зубами. — Воспользовался суетой и неразберихой и сбежал. Князь Разумовский подтвердил, что именно Серж выманил его в то утро со службы.

Эта часть до сих пор не укладывалась у меня в голове. Сын предал не просто страну и Государя, но и родного отца! Принес террористам на блюдечке с голубой каемочкой. Да он сам стал террористом...

Неужели старший князь Разумовский был настолько ужасным родителем?.. Быть может, и хорошо, что память прежней Варвары у меня не сохранилась.

— И что теперь будет? — я посмотрела на мужа.

Он побарабанил пальцами по подлокотнику кресла и бегло улыбнулся.

— Через три недели вернется Государь, и будет бал. Потом кого-то наградят, с кого-то снимут мундир. Твой батюшка, скорее всего, отправится в почетную отставку. Не сейчас, но через время. О Серже почти перестали упоминать, старая гвардия всегда хорошо заметала следы, но сына-террориста ему не забудут.

Он говорил легко, и со стороны могло показаться, что это все ничуть его не волнует. Но так было только на первый взгляд.

— А ты?..