Алекс сел, закинул ногу на ногу и затянулся.

— Итак, — он прищурился от попавшего в глаза дыма, — давайте я вам помогу. Проект «LAGH».

Он заметил, что она дёрнулась, как от удара, но сразу взяла себя в руки.

Она встала и подошла к дверям, ведущим на террасу.

— Что вы знаете о евгенике, Деринг?

— Суперлюди? — он ухмыльнулся. — Идеальные во всех отношениях, гениальные и беспринципные.

— Именно так. К концу двадцатого века мир помешался на теориях клонирования и получения потомства с заранее известными качествами. На исследования выделялись баснословные деньги, как в свое время на космонавтику.

— Минуточку, — Алекс встал и подошёл к женщине, — мы с вами вообще сейчас о чём говорим? Каким боком вся эта ахинея и утопия относится к Кате?

— Самым прямым. — Она горько улыбнулась. — Вся эта утопия относится к Кате, тебе, Ларисе и Сергею самым прямым образом.

— Сергей? Катин несостоявшийся муж?

— И как это к нам ко всем относится? — Алекс хмыкнул. — Бред! «Marvel» какой-то!

— Неужели ты думаешь, что вы все такие умные и замечательные родились вот просто так: маме-папе на загляденье? Перед тобой на столе бумаги.

Я приготовила их специально для тебя. Это оригиналы всех исследований. Думаю, тебе будет интересно. Не веришь мне, спроси у своей матери, как ты появился на свет?

Ираида обернулась и сверкнула глазами.

— Она с Калерией тоже по уши в этом дерьме!

— Прекрасно. — Алекс сделал глоток коньяка. — И что же из всего этого следует? Уж не хотите ли вы сказать…

— Именно это я хочу сказать. Вы все обладаете определенными характеристиками, каждый уникален, но Катя. Катя последняя. Она совершенство, но из-за какой-то невероятной идиотской погрешности она настроена на тебя! Вы как вышки сотовой связи.

Мы не смогли это объяснить. Было решено вас разделить, чтобы вы даже встретиться не смогли. Но все карты спутала Натэлла. Эта идиотка…

— Вы втроем не смогли поделить Лопырёва.

Ираида даже не успела подумать, как её рука со всей силы ударила Алекса по щеке.

— Заткнись, Деринг! Что ты знаешь об этом?

— Много чего! — Он схватил её за руку, слегка вывернув кисть. — В отличие от вас, я был с Катей. Вы и половины не знаете, как Натэлла с нею обращалась. Может, поинтересуетесь у дочери, куда она повезла ее вечером двадцать шестого ноября? Или спросите, почему Катя даже летом ходила всегда в кофте с длинными рукавами и в плотных колготках? Думаю, у вас на это духу не хватит, это слишком неудобная для вас правда.

Она ненавидела вашу дочь! И вообще, если вы все такие замечательные, если Катя ваша дочь, то почему в свидетельстве о рождении записана Натэлла, а не вы?

— Потому что она её родила! Мне не дали родить своего собственного ребенка! У меня не было на неё никаких прав.