— Не могу понять, шутит она или серьезно. Качаю головой. Она явно что-то не так поняла.

— Просто он, видимо, уже заметил и запомнил мою дурацкую привычку забывать про обед, когда сильно увлечена рабочим процессом. Мы довольно плотно общаемся… не в том смысле, конечно. Просто я его помощница, ты же понимаешь!

Ира кивает со снисходительной улыбкой, и я с горечью осознаю, что мне ее не переубедить. Ну и к черту!

— Тебе не нужно оправдываться, Саш. Все мы видим, как он на тебя смотрит во время конференций. Ну что ты как ребенок? Тем более никто и не думает плохо о тебе из-за этого.

Ты отлично справляешься с делами, а значит, не зря держишься на своем месте, и это главное. Окажись на твоем месте, скажем, Марина, было бы намного хуже.

— Марина? Ты с ней знакома? — я напрягаюсь.

— Довольно условно. Видела вместе с шефом на мероприятиях. Но не общалась.

— Тогда откуда знаешь, что было б хуже? — подлавливаю вопросом.

— Откуда, откуда? Ты ее видела? Блондинка! Да еще и Брагину глазки строила за спиной Жени. Ой, ты только ему ничего не говори, а то уволит на хрен. Не любит он это, сплетни на рабочем месте. Странно, что с тобой завел роман, как-то не в его духе.

— Вот! Именно! Потому что не заводил! Мы не спим и не в отношениях. Услышь меня уже.

Смотрит с сомнениями, но вроде бы принимает мой аргумент."

"— Но я все равно буду каждый день тебя сюда таскать и кормить. Не отвертишься. Откуда мне знать, какие там планы на тебя у начальства. Может, как раз и откармливает, чтобы этого… того… Маринка-то вон попышнее была… может, Женечка любит, когда есть, за что подержаться?

Я не выдерживаю и смеюсь. Тогда понятно, почему моя персона не вызвала интереса — не те объемы.

Эх…

А вот Игоря вроде бы все устраивает в моей фигуре. Он не раз высказывал восхищение, правда оно попахивало не личной симпатией, а профессиональным мнением. Но все же чувствовалось — я ему искренне нравлюсь.

Похоже, между нами начали завязываться более тесные отношения. Но что больше всего радовало — он не настаивал на физической близости. Словно осознал свою ошибку и таким образом пытался все исправить. Доказать, что я ему важна как человек, а не… только ради секса.

К концу второй недели отсутствия Евгения Витальевича в Москве, я вдруг отчетливо понимаю, что, кажется, начинаю выдыхаться в столь резвом темпе.

Сделка продвигалась, все больше народу подключалось к делу, но моих обязанностей не становилось меньше.

А проблему со здоровьем Виталия Геннадьевича, отца босса, все никак не удавалось выяснить. Ему то снова становилось плохо, то стабилизировалось. На фоне этих нервных переживаний еще и мама заболела. Поэтому он никак не мог вернуться. Они бы, может, и хотели приехать в Россию, но медицина там явно более перспективна, чем у нас.