Я, закомплексованная, затюканная матерью, жизнью, Миклашевичем, сумела сбросить с себя все это, я нашла стезю, я добилась успеха, но главное, я стала другим человеком, другой женщиной!

— Олеся, вы где сейчас? — вкрадчиво осведомился барон Розен.

— Матвей Аполлонович, а как принято обращаться к баронам? Граф — ваше сиятельство, князь — ваша светлость, а барон?

Понятия не имею! — рассмеялся он. — Мне мое баронство как-то до фени! Зовите меня просто Матвей.

— А как вас звали родители?

— Отец Матюхой, а мама — Мотей.

— А как звали вашего отца?

— Полик. Смешно, да?

— А кстати, я теперь знаю все про ваши дурацкие наития. Мне рассказала ваша очаровательная подруга.

— Вот трепло! Разрушила такую красивую легенду!

— Я не знаю, что там с вашим наитием, но вы для меня стали наваждением.

— Благодаря так называемому наитию?

— Не исключено, но факт остается фактом.

— А знаете, я в своей новой книге пишу о точно такой истории. Я многое беру из жизни, как Джамбул, что вижу, то и пою. Вы знаете, кто такой Джамбул?

— Вы забыли, сколько мне лет? Конечно, знаю. Даже помню его портрет в «Родной речи». Я ему пририсовал рога…

— Послушайте, что за страсть к рогам? А вы сами не рогаты, случайно?

Я поняла, что он, вероятно, не пережил бы Арининой измены, а сам готов ей изменять на каждом шагу. Впрочем, чему удивляться, все мужики таковы.

— Я знаю, о чем вы сейчас подумали, — засмеялся он.

— Держу пари, вы ошибаетесь.

— Пари держать не будем, вы же все равно не признаетесь. Но это только треп. А я должен, просто обязан сказать… Я потерял голову.

— И я должна помочь вам ее найти?

— Просто обязаны! Вы так круто меня заинтриговали…

— Но вы же теперь знаете происхождение интриги.

— А это уже не важно! И потом, Олеся, если бы не досадные случайности, у нас уже дважды была возможность…

— Досадные случайности это ваша жена и мой будущий муж?

— Олеся, зачем так конкретизировать все? Досадная случайность есть досадная случайность.

— Знаете, барон, я баба довольно суеверная, и помню, что Бог любит троицу. Обязательно возникнет третья досадная случайность. Так что не судьба…

— Ерунда! Если возникнет третья, то уж потом… И совсем не обязательно, что она возникнет… Черт знает что получается. Я уж понял — досадная случайность это вы сами.

— С вами не нужно пускаться в разговоры, с вами надо действовать.

— Возможно, но тут и происходят досадные случайности. И вообще, барон, я терпеть не могу иметь дело с женатыми мужчинами. Это обременительно для совести, неудобно и даже унизительно.

Я вдруг разозлилась, устала, в меня закрался какой-то страх, так со мной бывает, и этот страх никак не относился к барону.

— Извините, мне нужно позвонить сыну.

Я набрала Гошкин номер.