Дракончик, естественно, мне не ответил, все еще пытаясь выбраться из чашки и расплескивая содержимое. Спохватившись, ведь кофе был горячим, я подхватила дракончика двумя пальцами, а кофе вылила в стакан с водой. Дракошу бережно вернула на место и вздохнула – нет, ну какой натуралистичный сон! Писатели-фантасты должны мне завидовать – вон как смогла продумать все до мелочей, даже запахи и звуки есть!

Ну, не в данный момент, но вообще были.

Дракончик что-то пропищал. Что-то непонятное, на высоких тонах. Я постаралась прислушаться, поднеся чашку практически к глазам и слегка повернув голову. В этот момент мне в глаза брызнули пыльцой. Я зажмурилась и чихнула, не удержав чашку, а когда открыла глаза, то Париж остался просто фантазией.

Но и окружающее меня пространство реальностью быть не могло!

Нас окружал огромный лес, уходящий кронами высоко в небо. Даже листья были непропорционально огромными – одним таким я могла запросто укрыться, словно пледом. Темноту рассеивал луч солнца, пробившийся через листву и падающий прямо на меня. Я сидела на поваленном дереве и с интересом смотрела на дракошу, вывалившегося из чашки. Из огромной белой чашки – в такую и я с легкостью помещусь. Сам дракончик, к слову, тоже «подрос» до габаритов бульдога и смотрел на меня преданными голубыми глазами с вертикальными зрачками.

– Совершенно обычная, – как-то разочарованно сказал он, и я едва не свалилась со ствола, на котором сидела.

– Ты еще и разговаривать умеешь?!

– Обижаешь, – повалив на бок чашку и выбравшись из неё, ответил чешуйчатый и расправил крылья. – Я дракон, а не какой-нибудь ящер!

А драконы разве не больше по размеру? Впрочем, неважно! Даже расспрашивать не хочу!

– Я-а-асно, – протянула я и дотронулась до лба, проверив, нет ли у меня температуры.

Температуры не было, зато были галлюцинации. Очень правдоподобные! Чем бы они могли быть вызваны? Для сна очень реалистично, да и если подумать – все же во Францию я полетела, из самолета вышла, в отель поздно вечером попала. А вот что мне могли подмешать утром в кофе – кто знает? Вполне возможно, какие-нибудь наркотики. Вот тебе и Париж!

Дракон (как он сам себя назвал) замер и насторожился, припав к земле, словно хищник. Я тоже прислушалась – огромный лес утопал в тишине, нарушаемой лишь редкими криками птиц. Дракончик внезапно выпрямился, с испугом глядя мне за спину, и резко скомандовал:

Не знаю, что меня заставило послушаться свою галлюцинацию – его испуганный голос или толчок костяными наростами по ноге, – но я сорвалась с места и побежала вслед за дракошей. Через пять метров споткнулась о ветвистый ствол и, упав на большой пожелтевший лист, покатилась на нем с горы. Спуск был недолгим, вскоре пришлось спрыгивать с листа и подниматься в гору.