Руки трясутся, а сердце где-то в ушах тарабанит. Так паршиво себя ещё никогда не чувствовал.

Я ведь человека сбил!

И… кажется насмерть.

От такого удара вряд ли кто выживет.

Девушка. Молодая. И очень красивая.

Батя прав был. Прав!!!

Я просто дерьмо ходячее.

Домой только под утро вернулся. Первым делом, несколько таблеток успокоительного выпил, и пол-литра валерьянки, потому что руки как у хронического эпилептика до треска в суставах дрожали.

На диван завалился, телек включил, чтобы хоть как-то отвлечься, потому что сон, чтоб его, ни в какую! Мда… теперь наверно ещё долго спать нормально не смогу. Потому что всё время об этой девушке думаю. Мерещиться она мне. Всюду. А засыпать вообще боюсь. Того гляди, во сне призраком ко мне явиться и душу всю до дыр выпотрошит.

Какой же я трус, урод, кретин конченный!!!

Почему не хватило смелости в скорую хотя бы позвонить??

Запаниковал. Просто нервы сдали. Но я правда не хотел… В какой-то мощный аффект впал. Даже не помню половины происходящего. Как будто эта страшная авария, просто приснилась.

Внезапно, мысли резко испарились, а сердце на пределе забилось, когда я новости по ящику увидел. Точнее, ту самую вчерашнюю остановку. Рядом с которой скорая с мигалками стояла, полиция и туча незнакомых людей. Всё они что-то между собой выясняли. А затем, вдруг кадр на девушку переключился. На девушку, с длинными светло-русыми волосами, которую медики сначала откачивали, делая массаж сердца, а затем на носилках быстро в машину погрузили.

И на миг забыл, как дышать.

Молодая. Лет двадцать наверно. Красивая. В изодранной одежде и вся в крови. Глаза закрыты. Грудь обездвижена.

Затем женщину какую-то показали.

До этого, я не слышал, что там дикторша говорила. А все, что слышал — противный писк в ушах.

На экране появилась немолодая женщина, бледная как мел, с носовым платком в руках. Она истерически рыдала, вытирала слезы и пытались что-то сказать зрителям. Я услышал лишь часть рассказа. А потом, мне захотелось просто из окна выпрыгнуть:

— Анечка… она… она сирота… Днём на заводе по производству игрушек работала, а по вечерам — волонтёром в нашем детском доме. С детишками каждый вечер приходила играть, игрушки им дарила, которые сама собирала. А ещё Анечка балериной мечтала стать! Господи! Горе какое!!! Да что же такое!! Ни за что девочку! Тварь поганая! Она же такая молодая, такая добрая!!! Нет у таких монстров сердца… Будь они трижды прокляты!!! Убийца!!! Если ты смотришь это обращение — ты трус!!! Подлый трус!!! Ты ничтожество!!! Сбить и смыться… Нелюдь.

Быстро телек выключил и за волосы схватился. Но перед этим ещё и вазу со стола схватил, в стену со всей ярости швырнул, задыхаясь от накатывающей истерики.