– График – стандартная пятидневка, зарплата в три раза выше, чем у тебя сейчас, полный соцпакет и двадцативосьмидневный отпуск, – предельно лаконично отвечает Нина Павловна.

Естественно, больше всего меня цепляет информация о размере зарплаты. В три раза выше, чем у меня сейчас! Это же очуметь можно! Ни за что бы не подумала, что в двадцать лет смогу зашибать такие деньжищи!

– У меня есть время на «подумать»? – говорю я, хотя внутренне уже знаю, что соглашусь.

Просто хочу дать себе шанс все еще раз обмозговать на трезвую, не затуманенную эмоциями голову.

– Конечно, – начальница снова водружает на нос очки. – До конца недели жду твоего ответа.

– Еще раз спасибо, Нина Павловна, – я поднимаюсь на ноги. – Вы не представляете, как много ваше предложение для меня значит.

– Ой, лиса, – усмехается женщина. – Иди давай, думай. Надеюсь, примешь правильное решение.

Выхожу из кабинета с широченной улыбкой до ушей. Разговор с начальницей не только потешил мое эго, но и вселил безграничную уверенность в собственных силах. Выходит, я и впрямь ничего! И учусь неплохо, и на работе меня заметили.

Ай да Камила! Ай да молодец!

Приложив усилие, чтобы не перейти на радостный подскок, возвращаюсь на ресепшн, где меня уже поджидают посетители. Пожилая супружеская пара долго и уныло жалуется на плохо работающий радиатор, и я, терпеливо их выслушав, заверяю, что мастер разберется с неприятной ситуацией в самое ближайшее время.

Оформив необходимую заявку, я кидаю взгляд на экран своего мобильника, и в эту самую секунду раздается звонок. Сердце выполняет взволнованный кувырок, и я, не мешкая, принимаю вызов:

– Привет, принцесса, на утро четверга какие планы?

– Никаких, а что? – живо откликаюсь я, на ходу решив, что учебу и пропустить можно.

– Все еще хочешь с Пеплом увидеться? – заговорщически понижая голос, интересуется парень.

– Спрашиваешь! Во сколько и где?

– Адрес и время сообщением скину. Не опаздывай.

Кладу трубку и несколько раз победоносно рассекаю воздух кулачками. Прямо не день, а сказка! И предложение о работе получила, и Пеплова скоро увижу – вот бы мне и дальше так фартило!

За мной приехали очень рано, еще не было и семи. Я посмотрел в глазок, и понял, что угрозы, которые регулярно поступали в течение последних месяцев, наконец претворяются в жизнь.

У ментов с собой был таран для вышибания дверей, однако он не пригодился – я сам открыл. Но перед этим написал сообщение Рею и Антюжеву, коротко обрисовав ситуацию. И это, кстати, было очень правильным решением, потому что телефон у меня сразу отняли.

Потом повезли на допрос в Следственный комитет. Следак задавал вопросы, а я отказывался на них отвечать, ссылаясь на пятьдесят первую статью Конституции.