Он утащил парня в одну из приватных комнат в задней части клуба, и как только они оказались внутри, фантазия ожила: поцелуи, руки в штанах друг у друга, безумное сдирание шмотья ниже пояса…

Когда происходящее и произошедшее смешалось, из горла Блэя вырвался стон; эротический коктейль подвел его к началу оргазма… а затем, благодаря сжиманию и дрочки ему Куином — прямо за край; его член обильно извергался в руке любовника, тело вздрагивало тем самым приведя к оргазму и Куина…

После небольшой передышки и не менее крышесносного раунда под номером два, Куин проговорил с подчеркнутой медлительностью:

— Я окажусь прав, предположив, что ты думал о той комнате?

— Если хочешь, мы можем проделывать это каждую ночь.

— Ну, что-то мне подсказывает, что сегодня мы снова свободны, так что…

Братству было приказано не выходить, и поскольку пришедшее от Тора сообщение ничего конкретно не объясняло, Блэй посчитал, что это наверняка означает визит к королю. Банда Ублюдков и глимера притихли на недели… ни е-мейлов, ни шныряний банды по центру города, ни телефонных звонков. Плохой знак.

Вероятно, перетирают новости, или вырабатывают стратегию относительно смерти того члена Совета и ее последствий. Несмотря на то, что Блэй действительно не видел никаких недостатков в том, что Эссэйл убил тупого сукина сына.

«Пока-пока, Элан. ПыСы: в следующий раз, когда снова решишь кого-нибудь оклеветать, постарайся выбрать пацифиста».

Вероятная перспектива встречи навела Блэя на мысли о введении Куина в Братство… которое, кстати, прошло без сучка и задоринки. Поведение воина ничуть не изменилось, он держался все также. И это стало еще одной причиной любить парня. Даже поднявшись в статусе, он не позволил дерьму ударить себе в голову.

А эта татушка на его лице в виде капли, которую забили пурпурным? Просто секси. Как и его новый шрам в виде звезды на груди.

— Нам, определенно, стоит это повторить, — закончил за него Куин, медленно выйдя из Блэя и перекатившись на спину. Вытянув руки над головой, он потянулся с улыбкой. Просачивающегося из ванной комнаты света хватало, чтобы Блэй мог разглядеть, как поднялись уголки потрясающих губ Куина. — Это было охуенно. Ты охуенный.

— Что сказать? Долгое время это было моим наваждением. — Когда Куин вдруг посерьезнел, Блэй коснулся морщинки у него на лбу. — Эй, прекрати. С чистого листа, помнишь?

После ночи судьбоносного откровения в «Маске», у них был ряд долгих бесед, в которых они пришли к согласию, что отношения будут развивать постепенно и не станут себя связывать обязательствами. Они были друзьями, потом чем-то вроде неприятелей, а затем стали любовниками… когда, наконец, разобрались со своим дерьмом.