На самом деле он боялся сломаться раньше нее.

Распрощавшись, Эссэйл поднялся по лестнице и прошел в кухню. Первым делом он подошел к телефону, на случай, если она звонила или ее «ауди», наконец, тронулась с места, после того как семь ночей никуда не ездила. С его последнего визита проклятая штуковина оставалась припаркована перед домом, как будто девушка знала, что он поставил на нее устройство слежения.

Глянув на экран телефона, он увидел, что ему кто-то звонил, но номер не числился в его списке контактов.

И ему оставили голосовое сообщение.

Его не радовала мысль о совершенных из-за ошибки в наборе номера человеческих звонках, но если существовала вероятность, что это нарушивший протокол лессер, Эссэйл должен был прослушать сообщение.

Испытывая сильный страх, он отключил сообщение и нажал на кнопку «перезвонить».

Оказалось, он не знал ее имени.

— Мадам, это Эссэйл. Вы в порядке?

— Нет, нет… не в порядке. Я нашла ваш номер на ее тумбочке, поэтому и позвонила. Что-то случилось.

Эссэйл еще крепче сжал iPhone.

— Она пропала. Сола приехала домой, но сразу же после возвращения его покинула… я слышала как она уходила.

Вот только все ее вещи, рюкзак, машина — на месте. Я спала, а затем услышала, что внизу кто-то есть. Я окликнула ее по имени, но ответа не получила… затем я услышала шум — громкий звук — и спустилась. Входная дверь была открыта, и боюсь, что Солу похитили… Я не знаю, что делать. Она всегда говорила мне: «мы не звоним в полицию». Я не знаю…

— Ш-ш-ш, все хорошо. Вы все сделали правильно. Я сейчас буду.

Эссэйл кинулся к входной двери даже не потрудившись предупредить близнецов.

В этот момент в голове не было ничего, кроме как можно быстрее добраться до небольшого строения.

Ему потребовалась всего секунда, чтобы дематериализоваться и принять форму на заднем дворике дома Марисоль, подумав, что из всех сценариев его возвращения в это место, которое все никак не желало выходить у него из головы, этот не значился в его списке.

Как и рассказала бабушка, «ауди» стояла припаркованной у начала подъездной дорожки. Там, где ее оставила Марисоль. Но что примечательно? На снегу были следы, вереница которых по диагонали пересекала лужайку.

«Следы похищения», подумал Эссэйл.

Быстрым шагом оказавшись у входной двери, он нажал на кнопку звонка и отряхнул ноги. Мысль о том, что кто-то похитил его женщину…

Дверь открыли, и сделавшая это женщина, заметно дрожала. А затем, увидев его, отшатнулась.

— Да. Мадам, позвольте войти, и я вам помогу.

— Вы не тот мужчина, который ранее сюда приходил.

— Как видите, нет, мадам. А сейчас, пожалуйста, позвольте мне войти.