Мы остановились у порога и вышли наружу. Виктор покосился в сторону дома.

— Что-то подозрительно тихо, — произнес он. — Ни слуг, ни дружины.

— Вы долго, мастер, — послышался знакомый голос.

Он прогремел в тишине как удар колокола, заставив нас повернуть головы в сторону источника звука. Но найти его нам так и не удалось. Скорее всего голос звучал из скрытых динамиков.

— Добро пожаловать, дорогие гости, — продолжил вещать Чернов. — Признаться, я ждал вас раньше. Я хочу побеседовать с вами, мастер Карамазов. Прошу, проходите.

— А если там ловушки? Очередной Рипер, — с сомнением спросил у меня Виктор. — Не может же быть все так просто?

— О, по этому поводу не стоит переживать мастер Круглов. Уверяю вас, в моем доме мастера Карамазова ожидает только свежий чай и беседа. Партия уже сыграна.

— О какой партии он говорит? — удивлённо спросил у меня Иван."

"— Сейчас узнаем, — ответил я. Создал фантома, который прошел по дорожке к крыльцу. Поднялся по ступеням. Коснулся дверной ручки, проверяя наличие ловушек. Но все было чисто. И фантом проник в дом.

Чернов спокойно сидел в кресле гостиной. И заметив проекцию, он дружелюбно улыбнулся и поднял руки, демонстрируя открытые ладони:

— Я же говорю, мастер Карамазов. В этом доме вас ждёт только приятная компания.

Он указал на столик, на котором стоял чайник с отваром и две чашки.

— Проходите, и мы скоротаем время за беседой, — мягко произнес он. — Мне не терпится многое вам рассказать.

Я шагнул к дверям. Дружинники последовали за мной.

— Пусть ваши друзья подождут на крыльце, — попросил Чернов. — Разговор будет носить конфиденциальный характер.

Я покосился на Феникса. То молча достал из кармана монету, подбросил ее. Поймал и посмотрел на выпавшую сторону. И произнес, обращаясь ко мне:

— Он не лжет.

Я выдохнул, сбрасывая с себя тень неуверенности, и вошёл в гостиную.

Пол был устлан хорошо подогнанными паркетными досками, создающими рисунок остроконечных звезд. Вместо электрического света, комнату освещали свечи. Пахло лавандой и воском. В камине потрескивали поленья. Сквозь узорчатую решетку пламя отбрасывало на предметы причудливые тени.

Чернов улыбнулся и кивнул, приветствуя меня. Затем нажал кнопку на пульте, которая, по-видимому, выключала динамики на периметре. И произнес:

— Ну наконец-то. Прошу вас, присаживайтесь, мастер Карамазов.

Он указал на свободное кресло. То было широким, с высокой спинкой, обитое плотной тканью в узкую полоску. Я воспользовался приглашением и устроился с удобством. Чернов взял кочергу, чтобы сдвинуть особенно крупное полено. Оно треснуло, выбросив сноп искр, а потом вспыхнуло ярче. Мужчина в домашнем стеганном халате поверх серых брюк и рубашки, вернулся в кресло и неспешно разлил по кружкам отвар.