Она была тонкая, матово-черная и выглядела так, словно запросто могла превысить любой установленный предел скорости.

— Ничего так ручечка, — сказал Лигур.

— Ею можно писать под водой, — заметил Кроули.

— Чего только не придумают, — вздохнул Лигур.

Кроули трагически вздохнул и вывел на бумаге сложный извивающийся знак, который на мгновение тускло засветился красным во мраке кладбища и тут же погас.

— Так что мне с этим делать? — спросил он.

— Получишь инструкции, — огрызнулся Хастур. — Чего ты беспокоишься? Столько веков работы, и вот, наконец, то, чего мы ждали.

— Да. Точно, — сказал Кроули.

В его внешности не осталось и следа той ловкости, с которой он выскочил из «Бентли» пару минут назад. Зато появилась некоторая затравленность.

— Нас ждет момент вечного триумфа!

— Момент. Вечного. Именно, — сказал Кроули.

— И посредством тебя свершится это славное деяние!

— Посредством. Вот-вот, — пробормотал Кроули.

Он поднял корзинку так осторожно, словно она могла взорваться. В определенном смысле через некоторое время именно это она и сделает.

Старшие по званию демоны молчали.

Когда «Бентли» юзом ушел в темноту, Лигур спросил:

— Это вроде по-итальянски, — ответил Хастур. — Еда какая-нибудь.

— Смешно, — Лигур уставился вслед удаляющейся машине. — Ты ему доверяешь? — спросил он.

— Нет, — сказал Хастур.

— Правильно, — сказал Лигур. Хорош был бы этот мир, подумал он, если бы демоны начали доверять друг другу.

Кроули, прокалывая своим «Бентли» ночь где-то к западу от Эмершема, схватил наудачу кассету и вытряхнул ее из хрупкой пластиковой коробочки, стараясь не рухнуть при этом в кювет.

В свете фар он разглядел надпись на кассете: «Времена года» Вивальди. Именно то, что нужно, — легкая, спокойная музыка.

Он вставил кассету в магнитолу «Blaupunkt» и нажал на кнопку.

— Ой-ей-ей-ей-ей-ей. Ну почему именно теперь? Почему именно я? — пробормотал он, а из динамиков рванулись на волю знакомые пассажи «Queen».

И вдруг Фредди Меркьюри обратился прямо к нему:

Кроули мысленно благословил магнитофон. Идею использовать электронику как средство коммуникации высказал он сам. В Преисподней, как ни странно, одобрили его предложение, но, чего и следовало ожидать, получилось как всегда. Он-то надеялся, что сможет убедить их подключиться к «Бритиш Телеком» и закупить сотовые телефоны, но вместо этого они просто влезали в середину любой песни, которую он слушал в данный момент, и заменяли слова.

— Спасибо большое, Повелитель, — сказал он.

— Спасибо, Повелитель.

— Я не подведу тебя, Повелитель.

И вдруг он все понял. Вот этого он терпеть не мог. Можно же было словами сказать, а не грузить голые данные прямо в голову. Он должен был ехать в больницу.

— Нет проблем, через пять минут я там, Повелитель.