— Знаешь, не нужны мне твои признания, и клятвы не нужны никакие! Просто — поцелуй меня, как там, на вокзале, помнишь?

Еще бы не помнить! Айс осторожно обнял ее за хрупкие плечи и нежно-нежно обцеловал милое личико, легкими, почти воздушными поцелуями касаясь щек, губ и закрытых сейчас глаз.

— Ой, как приятно! — прошептала она, — Еще!

Он смелее начал трогать губами ее губы. Внезапно Сонька сама прижалась к ним еще сильнее и вернула Айсу вокзальный поцелуй, но еще более страстный и затяжной, от которого он задохнулся.

— Да где ты этому научиться успела? — отдышавшись, изумился он.

— Глупый ты! — засмеялась Сонька. — Женщины этому не учатся, все любовные гены заложены в них от рождения. Природа позаботилась! Иди сюда!

Она рванула рубашку и спрятала голову Айса на своей девичьей упругой груди с маленькими, остро торчащими сосками. Он ошалел от запаха ее кожи и прильнул к ним губами. А Сонька вдруг с нечеловеческой силой повернула его и бросила на мягкую полку, упав следом. Теперь она взялась за него: ошметки батника полетели на пол, за ними — джинсы…

— Сонька, Сонька, что же мы с тобой делаем? — шептал Айс, не в силах сопротивляться ее маленьким рукам. — Ведь ты еще несовер…

— Замри! — прижала она палец к его губам, — По паспорту, мне уже скоро восемнадцать, и потом — за последнее время меня столько раз пытались изнасиловать, что, я боюсь, в конце концов тебе ничего не достанется! Поэтому — бери меня и сохрани в памяти такой, как есть! Да я сама тебя хочу, Айсик, миленький!

Сонька заплакала и, сорвав последнюю защиту своей девственности — белые трусики, прильнула к Айсу горячим обнаженным телом. Больше никаких аргументов у него не нашлось, да и не нужны они были больше, он собирался любить эту девочку всю свою жизнь! И даже после нее!..

— А замуж я за тебя не пойду все-таки! — объявила она спустя час, лежа у него на груди.

Айс встрепенулся, больно сжал ее плечи и заглянул в глаза. Глубоко-глубоко.

— Пока не получу папкиного благословения, — продолжила Сонька как ни в чем не бывало. — А для этого нужно съездить как минимум в Гукасян. Так что, Айсик, хочешь не хочешь, а табу на путешествия тебе придется временно снять!

Он продолжал вглядываться в ее глаза.

— Иными словами, ты хочешь сказать, что нам придется вернуться в Карабах и находиться в гостях совсем рядом с деньгами из этого проклятого сейфа?

— Какой ты догадливый! — она чмокнула его в щеку.

— Если уж целуешь, так целуй по-человечески! — сделал он сердитое лицо.

— Какой ты грозный, — пропела Сонька, вновь заваливая его на полку, — ну прям как жук навозный!..

Экипировка Гарика и майора заняла почти полдня: подбирали одежду и снаряжение. Гарик хотел было захватить с собой оружие, но майор решительно воспротивился.