Тетка Жени, когда у нее забирали поросяток, тоже в "аренде", голосила так, как будто проклятые нордлинги забирали у нее единственную дочь. Причитала, что она же ночей недосыпала, куска надоедала, а все поросяток выхаживала, а тут приехали, забрали!!! Что деется, люди добрые??!! Ведь господин, управляющий, ей пообещал половину поросяток!

К этому времени на поселковой площади собралось практически все население Сожиньи. Народ толпился, перешептывался, разглядывая меня, как выходца с того света. Я привстала в повозке, попросила выйти ко мне бывшего старосту Годара. Из глубины толпы протиснулся хмурый мужик лет шестидесяти навскидку. Вышедши на середину, осмотрел меня, и не менее хмуро, чем его взгляд, сказал:

- Ну, я Годар. Чего хотите, мадмуазель?

Я немного заискивающе начала:

- Вы, может, помните меня, я дочь мсье Анри, мадмуазель Вайолетт. Теперь я хозяйка этой плантации и поместья. Пока меня не было, произошла путаница, почему- то наш дворецкий решил, что он теперь управляющий и взялся командовать. А я вернулась, и теперь будет так, как я сказала! Жерома я отстраняю, старостой Сожиньи вновь вы, уважаемый Годар! Вы человек знающий, опытный, люди вас уважают, а я тем более. Поэтому завтра я с утра вас жду в поместье со списками на аренду, отработку, и тех, кто ранее работал на сахарном заводе и хотел бы вновь вернуться к этой работе.

Дядька молча кивнул и присоединился к стоящим. Поселяне зашептались, обсуждая новости. Я однако же продолжила:

- Еще хочу сказать, что все, что вы прихватили из моего дома и усадьбы, придется вернуть назад.

Вот эта новость подкосила некоторых. Так что стенания тетки Жени показались колыбельной. Особо рьяно выла жена Мишеля. Она так рыдала, как по покойнику.

- Ой, да что же это делается! Люди добрые, кормилицу отбирают! Да я ж с нее пылинки сдувала, чуть не сахаром кормила! Что я теперь делать буду? Как жить, чем детей кормить??

Поначалу меня чуть на слезу не пробило, думаю - может, и правда оставить бабе корову? Но тут дядька Годар насмешливо сказал:

- Ну и что ты воешь, Люси? У тебя же ещё три коровы!

Баба всхлипнула, вытирая слезу шейным платком.

- Дак эта- то самая удойная, и молоко у нее такое жирное! У меня завсегда на ее молоко и сливки на рынке очередь была! А теперь что ж мне делать? Ой, разорили, ограбили, как есть ограбили!

Я не могла понять - неужели эти люди не понимают, что все это ворованное? И что все это придется вернуть. Но нет, они уже сроднилась со всем этим добром, и расставаться не намерены. Хорошо, зайдём с другого.

- Этих коров мой отец просто купил у заводчика, а не попросил у богов. Так что мешает вам купить себе такого же теленка и вырастить его?

- Так за него же деньги платить надо! - бесхитростно сообщила тетка, вызвав тихие смешки вначале в толпе, а потом уж полноценный хохот.