Спустил ее на пол и повернул спиной. Обхватил грудь руками, сжимая сосочки. Ее спина выгнулась, попка впечаталась в мою ширинку. Какая же она… чувствительная. Надо было это сделать еще там, в машине. Просунул руку под трусики, чувствуя какая она горячая и влажная… Пискнула, пытаясь воспротивиться, но затихла, когда палец проник внутрь. Изогнулась еще сильнее, буквально приглашая. Но мне так понравилась ее реакция, что решил довести до конца. Какая же узкая, но очень возбужденная. Хватило пары толчков, чтобы пальцы сжали тугие сокращающиеся мышцы.

Да, Даша, да! Кошечка моя. Расстегнул брюки и… черт меня дернул глянуть в зеркало, в котором отражалось ее лицо… в слезах…

Они переполняли бирюзовые глазищи и стекали по щекам бесконечным потоком. Губы искусаны…

Не понял… что за хрень… ей же нравилось… или нет?

Наши взгляды встретились в отражении… и сердце пропустило удар… я не смог… Выпустил из рук… и отвернулся, пробормотав какие-то бессвязные извинения.

Что на меня нашло? Совсем сдурел? Видимо, этот день просто не мог кончиться иначе.

Услышал, как Даша всхлипнула и включила воду… глянул мельком. Смотрит на свое отражение, словно впервые видит. Прижала руки к щекам и нервно кусает губы. Юбку уже одернула, но жакет так и валяется недалеко. Поднял.

Извиниться или не стоит?

Зажмурилась. Наверное, не стоит. Чем тут слова помогут? Набросил ей на плечи недостающую деталь гардероба и резко покинул помещение.

Я просто не знал, что можно сказать в свое оправдание. Возбуждение резко схлынуло, и ситуации предстала совсем в другом ракурсе.

Я говнюк, самый настоящий.

Я вошла в аудиторию и радостно махнула рукой Вике, которая наконец-то вышла с больничного и ожидала меня на привычном месте. Начало октября выдалось весьма дождливым и промозглым. Многие успели подхватить простуду. Меня пока Бог миловал. Совсем не хотелось слечь с температурой, учитывая, что скоро практика.

Почувствовала, как при этом слове задрожали пальцы. Причина? Все очень просто – Таня Воронцова. Мой добрый ангел-хранитель. Человек, который приютил у себя в Москве, помог перевестись из нашего городишки в столичный медицинский колледж, и договорился о моей практике… со своим другом…

Я сжала пальцы еще сильнее. Воспоминания о нем, об этом друге, никак не хотели выветриваться из сознания. Дмитрий Сергеевич Зарецкий!..

– Дмитрий Сергеевич Зарецкий, – раздался голос нашего завуча. И я вздрогнула от неожиданности. Так глубоко задумалась, что не заметила, как студенты стихли, и в аудиторию вошли двое. Тут же раздался звонок, призывая к тишине. – Заменит сегодня и в ближайшие дни своего отца, профессора Некрасова. Он проведет у вас лекции по реаниматологии. Поскольку является оперирующим нейрохирургом в самой известной больнице страны.