Перед ним лежало несколько стандартных бланков, отпечатанных на пожелтевшей от времени бумаге, с печатью «Комитет Государственной Безопасности по Чечено-Ингушетии».

Читать прошение своих родственников Мусса не стал, его больше интересовал ответ чекистов.

«Двадцатого июня тысяча девятьсот сорок второго года на территорию Чечено-Ингушской автономной республики была заброшена диверсионная группа, в составе которой находился Абдулла Хазаров (бывший красноармеец, сдавшийся в плен осенью сорок первого года в районе Перекопа и добровольно согласившийся на сотрудничество с разведкой СД). После приземления группа диверсантов наткнулась на истребительный отряд НКВД. В бою практически все диверсанты были уничтожены, из окружения удалось вырваться лишь Абдулле Хазарову и командиру группы оберштурмфюреру Гебе. Уходя от погони, диверсанты решили укрыться в доме Муссы Шеравина (двоюродного брата Хазарова).

В прошлом сельский учитель, Мусса Шеравин ничем себя не запятнал перед советской властью, вел агитацию о наборе в Рабоче-крестьянскую армию, сам в райком партии написал несколько рапортов об отправке на фронт. Но, приютив диверсантов, Мусса отказался их выдать окружившим дом сотрудникам НКВД. В завязавшемся бою было ранено трое сотрудников истребительного отряда, Абдулла Хазаров был убит, а Гебе и Шеравин ранены. После двухмесячного излечения по приговору трибунала оба были расстреляны».

Внизу размашистым почерком краснела резолюция «В реабилитации отказать».

Теперь Муссе стало ясно, что его дед не стал жертвой бездушной машины массовых репрессий. Его предок погиб, как настоящий вайнах, исполнив до конца законы кровного родства и гостеприимства…

А после стало не до воспоминаний о прошлом. Необходимо было в срочном порядке формировать ополчение. В свой отряд Мусса не брал ни абреков, ни наемников, которыми Грозный кишмя кишел, как тухлятина червями. В основном ополченцы были людьми состоявшимися, в свое время отслужившие срочную службу в рядах Советской Армии, а двое даже воевали в Афганистане и имели боевые награды. Все до одного умели обращаться с оружием и получили его в неограниченном количестве с брошенных армейских складов.

Война, как к ней ни готовились, все равно началась неожиданно. Бои за столицу были упорными и кровопролитными, федеральные войска вламывались в Грозный бронированным кулаком, состоящим из десятков танков, бронетранспортеров и боевых машин пехоты. В ответ чеченцы вгрызались в них стрелами одноразовых гранатометов, огнем танков, врытых в землю, и артиллерией с закрытых позиций.