В этом случае он просто потерял бы часть своего состояния, с Евой же был опасно близок к потере рассудка. Потому что, по всей видимости, секретарша вознамерилась свести его с ума.

— Извините, — сказал Левандовский, отсмеявшись. — Просто раньше я думал, что шутки про ПМС — это выдумки, а теперь начинаю подозревать, что суровая реальность. — Он криво усмехнулся, покачал головой и повернулся к своему юристу:

— Юра, у меня тоже нет никаких условий. Поэтому просто составь, пожалуйста, брачный договор. — Панов тут же подвинул к Адаму принесенные бумаги и тот быстро пробежал их глазами. — Хорошо, — кивнул Левандовский и посмотрел на Еву:

— Полагаю, у вас нет пожеланий к сумме, которую вы получите после развода? Тогда я впишу ее сам, — он нашел на столе наощупь свою ручку с покусанным колпачком, продолжая читать документ, потом внимательно посмотрел на Еву. Наверное, он и правда конченый кретин, но раз она хочет отрабатывать — пусть отрабатывает. Адам вручную поставил сумму с семью знаками в евро, подписал договор и придвинул его к ней. Даже интересно, на какие трудовые подвиги она готова за такие деньги?

Пока секретарша, в свою очередь, изучала документ, Адам сказал:

— Я вот думаю — тащить вас в ЗАГС прямо сейчас, пока вы ещё готовы на все — в плане работы, разумеется — или все же отложить это на завтра — из простого любопытства посмотреть, что будет, если дать вам возможность передумать. Кстати, я надеюсь, вы понимаете, что наш брак — если он всё-таки состоится — должен остаться для всех тайной? От меня на церемонии будет Юра, вы можете тоже взять с собой кого-нибудь… неболтливого. Если есть какие-то ещё пожелания — говорите. Как я понял, упаковка вам не требуется, но, надеюсь, вы все же явитесь в ЗАГС скорее одетой, чем наоборот, — усмехнулся Левандовский.

Проглотив ответ на почти что оскорбительное высказывание Левандовского, Ева попыталась вчитаться в договор, но и эти слова расплывались перед глазами. Впрочем, у неё не было повода не доверять Адаму и его юристу в том, что касалось этой сделки.

Чувствуя себя не в своей тарелке от всего происходящего, она делала вид, что изучает поданные ей Левандовским бумаги, пока взгляд её не остановился на сумме, которую босс вписал собственноручно парой минут ранее. Наверное, в огромном количестве нулей крылась какая-то ошибка. Не мог же Левандовский, находясь в здравом уме, платить за эту «услугу» такие огромные деньги? Или мог?

Она не удержалась, бросила на него быстрый удивлённый взгляд, открыла было рот, чтобы сообщить Адаму, что он переусердствовал в написании цифр, но тут же его закрыла. Скорее всего, это для неё сумма чудовищная, а для Левандовского, привыкшего мерять всё иными категориями, всё иначе.