— Слушай внимательно, я тебе сейчас объясню, как это делается на войне… Вон там — лавка канатчика, видишь вывеску? Сейчас я пошлю слугу раздобыть у него добрую веревку и вздерну тебя на этих вот воротах не хуже мэтра парижского палача. Мне, знаешь ли, не раз приходилось на войне вздергивать шпионов и разных там гугенотов… На войне палачей нет, приходится самим справляться… Ну, что уставился? Ты слишком незначительная персона, чтобы определять тебя в Бастилию или хотя бы к ближайшему комиссару. Сами управимся. Или ты решил, что у людей вроде них будут неприятности из-за такой твари, как ты? Эй, Эсташ! — повернулся он к своему слуге. — Беги к канатчику за веревкой!

— Сударь, помилосердствуйте! — отчаянно завопил убийца. — Я расскажу все, что потребуете!

— Ага! — удовлетворенно воскликнул Каюзак. — Так и знал, что старые способы — самые верные! Мотайте на ус, д'Артаньян: когда будете на какой-нибудь войне, вспомните, что нет лучшего приема развязывать языки! Ну, говори, мерзавец, кто тебе платит! Не мог же ты заколоть своего старого хозяина просто так.

— Антуан мне велел присматривать за ним, и, если он кому-то проболтается…

— Мой брат… Он служит в доме герцогини де Шеврез… в том доме, который она использует для…

— Улица Вожирар, семьдесят пять? — догадался де Вард.

— Этот господин не шутит, Франсуа, — сообщил д'Артаньян. — Ничуть. Мы тебя и в самом деле вздернем в два счета — кто станет отбивать у нас схваченного на месте преступления убийцу? Наоборот, добрые парижане из любви не столько к закону, сколько к увлекательным зрелищам еще и помогут нам как содействием, так и дельным советом…

— Господи, я же сказал! — взвыл слуга. — Во всем признаюсь, только помилуйте! Дайте слово дворянина!

Они переглянулись, и д'Артаньян, видя на лицах друзей молчаливое одобрение, решительно сказал:

— Черт с тобой. В конце концов, покойный Пишегрю был редкостной скотиной, и при известии о его преждевременной кончине вся парижская полиция вздохнет с облегчением… Даю слово дворянина, что отпущу тебя на все четыре стороны, если ответишь на все вопросы… и если нам поможешь, — добавил он предусмотрительно.

— Что хотите, сударь! Лишь бы не повредить Антуану…

— Да кому он нужен, твой Антуан! — пренебрежительно махнул рукой д'Артаньян. — Меня интересует дичь покрупнее… Ты подслушивал — значит, все знаешь… Тебе, часом, незнаком этот англичанин по имени милорд Винтер?

— Отчего ж незнаком… — проворчал слуга. — Антуан сказал мне, что милорд ищет проворного человека, который смог бы организовать убийство кого-то там неугодного, ну, я сразу и подумал про своего хозяина.