— Самое время…

— Спешите на судно, черт возьми!

Кивнув, де Вард скрылся в коридоре.

— Ну, ты уложил вещи? — повернулся д'Артаньян к Планше. — Отлично, оставайся пока здесь, а я пойду поищу повозку. Никто ничего не заподозрит — мало ли дворян напиваются до такой степени, что их приходится везти куда-то, как дрова? Когда хозяин принесет счет, расплатись и добавь что-нибудь за беспокойство, чтобы он не чувствовал себя обиженным всем, что творилось вокруг нас. Если расстанемся друзьями, он вряд ли станет откровенничать с кем-то, кто явится по наши души…

Он нахлобучил шляпу и вышел.

Спустился на первый этаж, огляделся в поисках какого-нибудь слуги, чтобы поручить ему нанять повозку, — как назло, ни одного не наблюдалось поблизости, обширная прихожая или «holl», как выражаются англичане, была пуста.

Внезапно раздались тяжелые шаги, которые д'Артаньян, сам служивший в войсках, опознал безошибочно. Отчего-то так повелось, что шаги солдат звучат особенно гулко и тяжело, хотя весом они ничем не отличаются от прочих людей, да и сапоги у них точно такие же. А вот поди ж ты — отчего-то поступь солдат всегда громоподобна…

Восемь человек в красных камзолах и блестящих стальных шлемах, разомкнувшись, страшно топоча, охватили его плотным кольцом.

Девятый, в таком же камзоле, но не в шлеме, а в шляпе с пером и при шпаге, спросил негромко:

— Это ведь вас зовут д'Артаньян?

У гасконца был сильный соблазн ответить, что незнакомец обознался, но он тут же оставил это намерение. Будь он один или на пару с Планше, можно было попытаться незаметно скрыться — но куда прикажете девать Каюзака с Эсташем, которые так и попадут в лапы врага безмятежно храпящими?

— Это мое имя, — сказал он спокойно.

— Меня зовут Джон Фельтон, — сказал молодой человек. — Я лейтенант королевского флота. Вы арестованы… именем короля.

Чуткое ухо д'Артаньяна уловило некоторую паузу меж двумя последними словами и теми, что им предшествовали, но он сохранил свои наблюдения при себе. Лишь спросил почти спокойно:

— Я этого не могу знать, — ответил лейтенант. — Извольте отдать вашу шпагу и проследовать за мной к судье.

«К судье, — повторил про себя д'Артаньян. — Не аукнулась ли мне давешняя пьяная болтовня в распивочной? Немало было сказано и о его величестве Карле Первом Стюарте… Неужели пришьют что-то вроде оскорбления величества? Но почему арестовать меня явился лейтенант флота? Стоп, стоп, д'Артаньян! Флот — это Бекингэм, он еще и военно-морской министр, или, по-здешнему, глава Адмиралтейства… Или я ошибаюсь и мысли мои идут в ложном направлении?»

— Я жду, сударь, — бесстрастно сказал лейтенант.

 — Долго ли мне еще ждать?

— Возьмите, — сказал он, протягивая офицеру перевязь со шпагой.