– Что за… Какого хрена? – реву как зверь, видя своего брата на полу, распластанного лицом вниз, а рядом, на диванчике, свернувшуюся калачиком девчонку.

– Что… – сонно озирается она по сторонам, напуганная моим ревом.

– Что ты сделала с моим братом?! – подлетаю к ней и хватаю за шкирку. Похотливые мысли как ветром сдувает. – Алим! – зову брата. Он не реагирует. – Ты что, его убила?

– Я не убила! Он живой! – таращит она на меня глаза, силясь вырваться из моих рук.

Но куда она денется? Я ее заставлю отвечать за то, что она натворила!

– Тогда что, твою мать, произошло?!

– Он хотел… он напал… – пищит она. – Я его ударила пистолетом, но он дышит, я проверяла. Он просто спит.

Швыряю ее на диван так, что она отлетает и падает туда кулем. Шмякается о спинку и начинает стонать. А сам подлетаю к брату, чтобы перевернуть его.

– Вставай, хватит спать, – бью по щекам, – кровати разонравились?

– Черт, чего ты разорался? – вяло стонет брат, сонно хлопая глазами, а потом хватается за голову. – Башка трещит, что случилось?

– Эта, – бросаю злой взгляд на девку, скукожившуюся и обхватившую себя руками, – тебя огрела пистолетом. Нехрен разбрасывать свои игрушки, брат, так можно и на два метра под землей оказаться. Бля, от тебя несет как от помойного ведра. Какого хуя ты так надрался? Иди приведи себя в порядок! – отправляю брата на выход, вручая ему ствол, и поворачиваюсь к девке. – А теперь ты мне объяснишь, почему не пошла никого искать, когда брат потерял сознание!

Бугай двинулся на меня с таким решительным и устрашающим выражением на лице, что я вся сжалась, испугавшись как никогда в жизни. Поджилки затряслись, и кровь застыла в жилах. Даже его младший брат так не напугал меня вчера, явившись требовать плоских утех.

Прям из огня да в полымя…

Везёт же мне, ничего не скажешь!

– Что ты там мычишь? Разговаривать разучилась? – еще больше хмурится мой мучитель, а я, дурочка такая, успеваю отметить в своей дурной голове, какой он мужественный в своей кожаной косухе и с собранными на затылке волосами. Ну не дура ли? Мне тут откровенно угрожают, а я думаю о том, какой этот угрожающий моей жизни мужчина привлекательный. Можно подумать, я парней никогда не видела!

Просто контакта с ними не имела. После того как насмотрелась на жестокость отца по отношению к женщинам, мужчины во мне вызывали один лишь негатив и отвращение.

– Он ко мне приставал! – наконец возмущенно выдыхаю я.

– И? – приподнимает он нахально бровь, словно приставания к нежелающей этого девушке были для них в порядке вещей.

– Я не хотела! – сама не зная, на что надеясь, говорю я.

– И поэтому ты решила, что ударить Алима по голове – хорошая идея? – прищуривается Джавед.