Но, Хеннинг, если ты хочешь найти Агнету, то ищи ее на главной дороге, ведущей в Кристианию.

— Я сейчас же отправлюсь на поиски!

— Хорошо. И не бойся! Ни она, ни ее ребенок не заражены ужасной болезнью Ульвара.

— Я уверена, что эта болезнь рано или поздно свела бы его в могилу, — сказала Малин, изучавшая медицину на курсах диаконисе и давно уже заметившая устрашающие признаки сифилиса на лице Ульвара.

— Без сомнения, — ответил Марко. — Но сначала эта болезнь сделала бы его сумасшедшим, а значит — еще более опасным.

Подойдя к Хеннингу, Марко обнял его.

— Спасибо, ты был самым лучшим приемным отцом, какой только может быть у близнецов! Благодаря тебе, мы появились на свет и выросли в спокойной, надежной обстановке. Я благодарен также за Ульвара. Он тоже был счастлив — насколько мог им быть.

— Но ты не должен покидать нас, Марко!

— Мне придется это сделать. И именно сейчас, в этом году, я должен покинуть вас. А теперь отправляйся скорее за Агнетой, пока она не исчезла!

Хеннинг обнял его в последний раз, тайком смахнул слезы, передал Бенедикту на попечение Малин и пустился бегом по аллее, по старинной липовой аллее, не меняющей своего облика, несмотря на все перемены в округе.

Повернувшись к Малин, Марко сказал:

— Спасибо тебе, Малин. Ты была просто изумительной матерью для нас обоих. И прости моего брата за то, что он так дурно поступал с тобой.

Малин не могла ничего ответить, у нее стоял клубок в горле. Она вспомнила, каким был Марко в детстве… Кожа его блестела, как эбеновое дерево в свете от печки, когда она укладывала его спать. Теперь его кожа имела другой оттенок, хотя пару лет назад, в канун Иванова дня, при свете костра, она заметила нечто подобное.

Для Малин всегда было загадкой его происхождение.

— И Пер… — произнес Марко. — Ты взял нас к себе, хотя и не принадлежишь к роду Людей Льда. Я покидаю вас с тяжелым сердцем.

— А твое прекрасное образование, мой мальчик, неужели ты отбросишь его?

— Наоборот, оно мне совершенно необходимо. Это для меня шаг вперед. Шаг на моем пути.

«На каком еще пути?» — заинтересовались все. Но что-то удерживало их от расспросов.

Марко подошел к шестидесятитрехлетнему Вильяру.

— Ну вот, дорогой друг, твой долгий путь страданий окончен. Ты пережил много горя. Ты пережил столько жестоких ударов судьбы, ты пережил труднейшее для Людей Льда время. Теперь тьма рассеивается, наступает утро. Ульвар — это последний тяжкий крест в твоей жизни, теперь ничто не будет омрачать твоей жизни и жизни Белинды.

Он положил руку на голову Бенедикты.

— У этой маленькой девочки все будет хорошо. Она обладает такой силой, о существовании которой мы даже не догадываемся.