– Наговариваешь на меня! Трепло! – замахнулся он на Ленку.

– Ой, боюсь! – Ленка засмеялась, но не дрогнула и не отступила.

А Валька побоялся ее стукнуть. Всегда бил метко, а тут струхнул.

– Ну, до свидания!.. – Ленка помахала всем рукой. – Что-то мне стало с вами скучно. Радуйтесь… Вы же добились своего! Вы – победители!.. Завтра я уезжаю. Так что давайте хором – раз, два, три: «В нашем клас-се больше не-ту Чу-че-ла!..» Ну!.. Милые!.. Ну чего же вы языки проглотили?

Ленка сорвала у Шмаковой цветок с платья и приколола себе на куртку. Медленно застегнулась. Натянула шапку до бровей, пряча свою стриженую голову. Помолчала. Потом серьезно и грустно сказала:

– Честно говоря, жалко мне вас. Бедные вы, бедные люди, – и ушла.

Исчезла, испарилась Ленка, будто ее здесь и не было. В комнате стояла жуткая, неправдоподобная тишина.

И вдруг Лохматый рванулся вперед и схватил Вальку за руку:

– Чего это Бессольцева про тебя тут плела?

– Да выдумала она все! – закричал, вырываясь, Валька. – Кому поверил? Змее?

– А это что? – Лохматый выдернул из Валькиного кармана поводок с ошейником. – А это что?! – Он потряс поводком перед носом насмерть перепуганного Вальки.

– Это?.. – Валька на всякий случай отступил под напором Лохматого. – Это?..

– Орудие живодера! Вот что это! – крикнул Рыжий.

Лохматый бросился к Вальке, а тот рванулся в сторону и заметался вокруг стола. Он бегал, швыряя под ноги Лохматому стулья, но еще не сдавался, а выкрикивал на ходу слова угрозы:

– Я Петьке скажу! У него дружки!.. Тебя скрутят! Можешь у своего отца спросить!.. Он тебе расскажет!..

– Лохматый, это они! – догадался Рыжий. – Ребята, это они!.. Значит, это Петькины дружки прострелили руку твоему отцу, когда он у них лося отбивал! Точно!..

– Так это вы! – взревел Лохматый и, сметая все на своем пути, бросился на Вальку.

Валька рванулся к двери, чтобы спастись бегством, но Рыжий подставил ему ножку – он упал, и Лохматый навалился на него.

Наконец Валька все же изловчился, вырвался, вскочил, чтобы бежать, но оказался… на поводке, на собственном поводке, на котором он водил собак на живодерню.

Ошейник плотным кольцом облегал Валькину шею, а конец поводка крепко держал в руке Лохматый, и лицо его было мрачным и беспощадным.

– Ты что?.. – Валька заплакал. – Ты что?.. Ребята, – взмолился он, – ребята! Лохматый меня удавит!..

– Выйдем отсюда, – сказал Лохматый и потянул поводок, не глядя на Вальку.

Валька больше всего боялся выйти куда-то с Лохматым, он упирался и лебезил, он хватал поводок и выкрикивал:

– Ребята, разве так можно? Ребята!.. Человек на поводке?!

Но никто не заступился за Вальку.

Тогда Валька взмолился.

– Лохматый, – умолял он, – я больше не буду! Это все Петька! Вот и Димку спроси!..