Где-то за спиной маячил преследователь — адски злой на сбежавшую добычу демон.

Твердо настроенный догнать, вернуть и утащить в свой особняк.

С него станется еще и отшлепать снова за побег.

Поэтому Дженни вспугнутым зайцем мчалась по ночному лесу — без плана, без дороги, просто в стремлении уйти как можно дальше, спрятаться, схорониться.

Когда она сбегала, то не думала, что Раум пустится за ней, оставив машину. Ну, максимум будет преследовать минут пять, а потом махнет рукой и вернется. Но погоня длилась уже не меньше получаса, в боку колотило, дыхание вырвалось изо рта со свистом, вместе с облачком пара.

Руки и ноги украшали царапины от веток, даже на щеке появилась парочка, а о том, в каком состоянии сейчас ее платье, Дженни предпочитала не думать. В конце концов, если ей не удастся уйти, это будет меньшая ее проблема.

Настырный какой. И упорный. Сначала демон еще и звал ее, уговаривая не делать глупостей. Потом сообразил, что бесполезно и преследовал молча, но она все равно чувствовала его за спиной обострившимся инстинктом волка.

Как все-таки вовремя проснулся голос крови. На землях Маккензи она в подобных пробежках всегда приползала последняя из компании — исцарапанная, грязная, как чушка и с ветками в волосах.

О беге не стоило и мечтать, Дженни могла пройти по ночному лесу только осторожным шагом, выставив перед собой руки. В отличие от соплеменников она не видела в темноте, не чувствовала дороги, деревьев, леса.

Порой ей даже казалось, что все россказни про волчье чутье — просто враки, а остальные Маккензи просто пьют зелье для сумеречного зрения и издеваются над ней.

Оказалось — не враки. Инстинкт бурлил в крови, подсказывал где надо пригнуться, куда поставить ногу.

Мир вокруг стал монохромным, но четким, расцвел тотенками серого и черного. Вглядись Дженни как следует, могла бы рассмотреть, как пляшут лунные лучи на усыпавших листья дождевых каплях. Не будь она в платье и на каблуках, не беги со всех ног, вышла бы из чащи чистенькая и без единой царапины.

Смешанный лес редел, уступая место ельнику — густому и непролазному. Под ногами зачавкало, туфли утонули в густом слое мха, и Дженни чуть не застонала от отчаяния — пробираться сквозь елки то еще удовольствие. Сейчас бы обернуться — упасть на четыре лапы.

В волчьем облике ее никакой демон не догонит.

Чутье толкнуло вправо, выводя на едва приметную стежку.

Девушка пригнулась и нырнула под густо переплетенные ветви. Мимоходом удивилась — тропа? Кто и зачем протоптал ее тут, в ельнике? Стежка то терялась, то снова появлялась. Дженни находила ее по еле заметным приметам — обломанные ветви, чуть более утоптанный мох. Кто бы ни пользовался этой дорогой, он делал это нечасто.

Преследователь еще ощущался за спиной, но где-то далеко.