Я с тревогой перевела взгляд на фляжку. Не слишком ли много алкоголя в последнее время? Когда я приходила к нему в комнату он пил, как заправский пьяница, и вот сейчас снова.

— И почему ты здесь сидишь? — нахмурилась я.

— Потому что… — он слегка прищурился. — Жена не пускает меня на порог спальни.

— Ты пьян, — буркнула я и, подойдя к нему, вырвала у него из рук фляжку.

Но отойти у меня уже не вышло.

С неожиданной для его состояния ловкостью Келленвайн поднялся на ноги, захватывая меня в ловушку своего взгляда, и оттеснил к стене. Я даже не успела моргнуть, как уже оказалась прижатой к холодным камням, а он нависал надо мной, обдавая своим природным запахом с примесью эля.

— Знаешь ли ты, что делаешь со мной, маленькая колдунья? — хрипло проговорил он, ловя мой подбородок пальцами и заглядывая мне в глаза. — Знаешь ли ты, какой властью обладаешь? Знаешь ли, как сводишь меня с ума одним взглядом и заставляешь изнывать от желания прикоснуться к тебе, схватить и не отпускать от себя ни на шаг?

Келленвайн провел пальцем у меня под губой, с волнующим голодом глядя на мой рот.

У меня перехватило дыхание, в груди защекотало, а к низу живота прилила теплая волна.

Нет, Абигайль! Соберись! Он говорит это не тебе, а Дочери Туманов!

— Ты даже представить не можешь, сколько раз ты являлась мне во снах. Разъяренная, дикая и прекрасная. И я брал твои гневно кривящиеся губы, а ты отдавалась мне со всей страстью, — низким голосом проговорил он, склоняясь ближе и обдавая мое лицо горячим дыханием.

Мой разум затуманился, а любые попытки рассудка подать голос потонули в накрывшем огненном океане.

Его горячие пальцы мучительно медленно спустились с моего подбородка на шею, лаская пылающую кожу, а затем скользнули еще ниже и остановились на ребрах меж грудей, там куда отдавались удары трепыхающегося сердца.

Я сглотнула и вскинула подбородок. Между нашими губами остались жалкие миллиметры. Он с шумом втянул воздух у моего лица.

— Твое сердце в моих снах билось так же часто, а кожа пахла нестерпимо сладко, так что хотелось поглотить всю тебя целиком. Ты мое помешательство, Абигайль. Сколько бы я не пытался прогнать тебя из памяти, ты лишь сильнее заполняла мои мысли.

Его пальцы пробежались вниз по ребрам, к животу, и скользнули на талию, порождая новую горячую волну, которая захватила меня целиком, так что сосредоточиться на его словах стало очень трудно.

— Я отчаянно злился на тебя и также отчаянно желал. Это сводило меня с ума. Я был уверен — ты приворожила меня. И возвращаясь после боя, мог думать только о том, как вернусь в северную башню и там смогу снять наложенное тобой колдовство. Но… Ты сожгла ее.