Но многие не желают растить из себя достойного мужа и стараются обманом выбить себе место жениха.

— А разве это возможно?

— Еще как. Но обещаю, мы не допустим, чтобы вас обманули. Именно во избежание этого госпожи никогда не заходят на рынок — там слишком разный контингент, много кимтарцев и очень шумно. Для покупок есть такие ребята, как Ривен, он тоже имеет дар и знает, чего именно желают наши женщины.

— Нет, — на этот раз улыбнулся Лиам. — Он чтец. Смотрит на человека, примечает детали, вкус, отталкивается от этого и выбирает необходимое.

— Вот, — буквально вывалившись из-за ворот, парнишка шлепнулся на землю, тощей ногой закрывая за собой дверь.

 — Едва вырвал у Раэля. Его госпожа хотела эту ткань, но я успел первым!.. — горделиво задрав нос, подросток сунул в руку Лиама набитый вещами мешок и нетерпеливо замахал руками. — Давайте, вперед! Он скоро поймет, в какую сторону я убежал!

— Госпожа, прошу меня простить, — вежливо поклонившись, блондин одним броском забросил меня к себе на плечо и сорвался с места, убегая в сторону дома.

Вскрикнув, я схватилась за длинные волосы мужчины, не зная, за что держаться, так как голая спина была такой себе опорой.

Испуганно занемев, я болталась, как палка прессованного мяса, несвязно мыча и стараясь как можно меньше прикасаться к чужому телу. А оно, как назло, было очень теплым и живым, напоминая, что Туман весьма настоящий мужчина.

Пробежав со мной на плече почти два квартала и даже не запыхавшись, Туман поставил меня на ноги и смиренно отошел, слыша, как я задыхаюсь от новой волны паники, усиленной неожиданным побегом и нежеланной близостью чужого тела.

Лиам, не приближаясь слишком близко, протянул мне ладонь — вновь тыльной стороной вниз.

Не раздумывая, я положила свои пальцы сверху и облегченно выдохнула, ощущая уже знакомый успокаивающий холодок.

— Почему мы бежали? Что это вообще было?

— Я расскажу вам дома, вы не против? — галантным жестом Туман указал в сторону крыльца. — Это долгая история, и лучше узнавать ее сидя на чем-нибудь мягком со стаканчиком лимонада в руке.

— Вы мне так зубы заговариваете?

— Даже не думал, — белозубо улыбаясь, блондин все еще ждал, пока я направлюсь в дом, и только тогда пошел следом, следя, чтобы я не тормозила.

 — Лиам проводит вас в гостиную. А я пока отнесу вещи наверх.

Топая вслед за длинноногим брюнетом, я разглядывала его широкую спину, отмечая полосы тонких шрамов в районе лопаток. Они были почти незаметны, но очертания все равно угадывались, и я рискнула спросить:

— Лиам, а что вы делали до того, как Эвердин пустил вас в свой дом?

— Он не пустил, госпожа, он принял. Считайте, назвал меня братом, — пояснил он.

— Я был рабом в своей семье, так как для брака не годился.