— Я за тобой приглядываю, — как-то слишком по-отцовски произнес кимтарец и добавил. — Пойду к Адане, нам нужно поговорить.

Проводив взглядом шатающегося гиганта, я невольно перевела глаза на Аметиста, подозрительно щурившегося.

— Еще один кандидат?

— Нет, его сердце навсегда отдано другой, — спокойно ответила я. — Поделишься?

Мужчина сдвинулся с места и сел на мой стул, на котором я сторожила пробуждение друга, оказываясь неожиданно близко.

— Тем, что ты сделал с Розали и Арфеей.

— Не только с ней, — поправил он, крепкой ладонью размяв шею, увенчанную тяжелым ошейником. — Их мужья тоже попали под раздачу.

Кимтарец посмотрел на меня задумчиво, словно решал, стоит ли делиться со мной произошедшим, оценивающе сдвинул брови к переносице и все же кивнул соглашаясь.

— В ближайшие несколько дней госпожам Верс и Гард будет нездоровиться, недозрелые персики говорят, плохо влияют на самочувствие. Их мужья, как и полагается, будут рядом — заботиться о своих женах и оберегать их.

— И только? Незрелые персики? — не поверив, спросила я.

— Ты хочешь услышать, что я был с ними жесток? — холодно спросил он. Неожиданно для себя я лишь кивнула, внутренне понимая, что душа требует справедливости за страдания друга. — Я был жесток. Выжигание памяти — это очень больно. Не в моих силах менять личность людей, но Лу отомщен, нанеки.

Закрыв глаза, я шумно вдохнула и выдохнула.

Никогда не находила в темноте своей души жажду крови, но стоило только вспомнить распятое тело кимтарца на деревянном кресте, ручьи крови, что стекали с открытых ран, как дикая, необузданная жажда туманила голову.

Мне хотелось мести. Достойной, карающей, в назидание всем, кто считает себя выше человечности, и сверкающие глаза Аметиста немного подкормили зверя, рвущего мне ребра изнутри.

— Не благодари меня словами, мане нанеки. Уж их-то я наслушался с лихвой.

— Доверия, — однозначно и бескомпромиссно заявил он. — Я хочу, чтобы ты усвоила раз и навсегда: за тобой я шагну в огонь.

Растерев уставшее лицо пальцами, я невольно спряталась от пронизывающего взгляда, не зная, что ответить.

Доверяла ли я? Нет. У меня в принципе большие проблемы с доверием. Верила ли? Отчасти, и все равно ждала подвоха, настороженно вглядываясь в лица людей. Я даже Адане не доверяла на сто процентов! И шла за ней лишь от безвыходности и желания защитить своих мужей.

— Сними его. Я покажу тебе, моя неверующая госпожа, — качнув плечами, он заставил замок на шее негромко звякнуть, напоминая об этом непростом заключении.

Молчание не затянулось.

Мне до ужаса сложно было принять эту меру по отношению к шаману, и, видимо, поэтому я так просто раз за разом освобождала его от оков, снимая груз с сильных плеч.