— Я развратница, да? Не знаю, как так получилось, — она запустила пальцы в свободно заплетенные волосы и закрыла глаза. — Они так нежны, обходительны… Совсем не похожи на наших мужчин.

Мне оставалось только насмешливо фыркнуть.

Сложно не согласиться. Кимтарцы действительно не были похожи на мужей, к которым мы привыкли. Заботливые, верные, оберегающие, они заставляли неизбежно довериться им, позволить любить себя даже без причин, чем необратимо отнимали сердце в вечный плен. В чем я сама убедилась не понаслышке.

— Нет, Софи, ты не развратница. Это же твои мужья!

— Но, Ия, — распахнутые глаза сестры широко открылись, наполнившись взволнованной пеленой. — Их так много, а я одна. Разве такое возможно… Чтобы любить всех, никого не обидев?

— Возможно, — кивнула я. — Посмотри на Адану.

Сестрица задумалась, закусив щеку изнутри, и Алель, младший муж девушки, вынырнул из прохлады дома, спеша навстречу.

— Тебя кто-то обидел, сердце моей жизни? — темные брови мужчины съехали к переносице, заставляя меня невольно умилиться.

Софи в сравнении с ним такая крохотная!

Широкоплечий мужчина возвышался исполином над моей рыжеволосой сестрой, напрягшись всем телом и обещая одним лишь взглядом убить того, кто украл улыбку его супруги. На кончиках его пальцев затрещали разряды, словно маленькие молнии, и Софи поспешила успокоить занервничавшего мужа.

— Нет, Алель, все хорошо. Просто я думала…

Признание так и не покинуло ее губ, но мужчина, видимо, уловив уже знакомые нотки, расслабился и улыбнулся, становясь на колени и опуская широкие ладони на стройные женские ноги, укрытые тонким шелком.

— Опять волнение в море, госпожа моей души?

— Прости, что тревожу тебя, — извиняющимся тоном произнесла Софи, и сдержать улыбку я уже не смогла, пряча ее за волосами и делая вид, что усердно размазываю масло по хрустящему хлебу.

Мужчина окончательно растаял, прижимая хрупкие кулачки девушки к своим губам. Судя по тому, как смущенно улыбалась Софи, — это помогало.

Кто бы мог подумать, что судьба однажды повернется к нам столь неожиданной стороной?

Сидя на уютной веранде в центре двора дома Аданы, я должна была думать о ремонте в новом доме. Госпожа Маром выделила его для нас на своей территории, которая с приездом моих сестер образовала целый квартал.

Четыре дома — четыре семьи, принадлежащее одном роду. И, судя по новостям, что приходили из совета, мало кому нравилось наше маленькое сообщество.

Честно говоря, я до сих пор не понимала, на что моя названная мать рассчитывала и чем заключался ее грандиозный план. Со дня принятия в семью моего последнего мужа прошел уже месяц, но ситуация не менялась.

Тяжело вздохнув, я спрятала звуки за порывом ветерка, пошатнувшего свободные шторы, и опустила глаза.