Под шокированные взгляды и звучное хлопанье челюстей девушки прошагали до нас и опустились на стулья, заботливо подставленные Райаном, активность которого никто даже не заметил.

— Я пригласила моих сестер погостить, но им так понравился Кимтар, его дух, его жизнь, что они решили остаться, — продолжая улыбаться, говорила я. — Вы же не откажете им в чести породниться с вами, госпожи?

После секундной паузы они активно, а главное, согласно закивали, позволяя нам пользоваться растерянностью и подзывать к себе молчаливых мужчин, мышцы которых слишком ощутимо напряглись.

Ли и Софи отлично справлялись со своей ролью!

Недоверчиво морщили носы, слишком выразительно поджимали губы и хмуро фыркали, пока кимтарки, воодушевившись, расписывали им самые лучшие стороны своих сыновей.

Довольно быстро и слаженно девушки разделили между собой мужчин и озвучили кимтаркам свое решение. Женщины заулыбались, невольно прищурились, растягивая губы в довольных улыбках, явно считая, что сорвали настоящий куш!

Но животрепещущий вопрос все же прозвучал:

— Имя какого рода вы примете, юные госпожи?

— Маром, конечно, — улыбнулась Ли, элегантно закинув ногу на ногу.

— Боюсь, это невозможно, — расслабленно выдохнула госпожа с косичками, имя которой все время вылетало у меня из головы. — Видите ли, вы не принадлежите семье Маром, так что вам придется выбрать, к какой из наших семей вы примкнете.

Она обвела рукой других женщин.

Нахмурив брови, Софи хмыкнула, словно подумала, и тут же ответила:

— Если все так, как вы говорите, то мы очень даже состоим в семье Маром, — сестры синхронно подтянули длинные рукава, демонстрируя тяжелые брачные браслеты, такие же, какой был у меня, когда я вошла на земли Кимтара.

Как и ожидалось, зал замер в разрушительном молчании.

Состоявшиеся (к своему несчастью) свекрови смотрели на моих сестер просто убийственно.

Кто-то сжимал пальцы до хруста, у кого-то щелкала челюсть от напряжения, но у всех поголовно начался нервный тик.

Мы ожидали такой реакции.

Отец называл это гамбитом — пожертвовав пешкой в виде свободы, мы быстро взяли власть в свои руки, и, наверное, сейчас его высказывание было бы как никогда кстати.

Женщины, лишившиеся сыновей, потерявшие такой соблазнительный шанс наречь дочерями в перспективе плодовитых иномирянок, едва ли не лопались от злости. Каждая хотела ухватить себе кусочек власти, но предусмотрительная Адана опередила каждую, громко, а главное, показательно щелкнув их по носу.

Только Карата с трудом сдерживала смех. Она единственная изначально понимала: отдав мне сына, придется отпустить его в дом Маром безо всяких оговорок.