Шла пропаганда среди гномов и даже эльфов из числа аборигенов, но там результатов пока не было. Да мне, собственно, они и не требовались, за глаза хватало эмигрировавших гномов и эльфов.

Прошло еще два года после моего возвращения, когда в Даронаре нарисовался Трасскор. Его появление я воспринял как хлопок дверью. Произошло это несколько раньше, чем ожидали, но, как известно, боги располагают, пока кто-то полагает, даже если полагают тоже боги.

Я только кивнул возникшей в моем домене Арсилене.

Спустя несколько минут заявился бог войны.

– Вот и настал твой час, – сказал он. – И не вздумай шалить.

– Тогда идем, Трасскор ждет тебя. Атакуй его сразу как появишься. Он довольно сильно сдал, и у тебя есть все шансы.

Атаковать сразу же я, естественно, не стал. Надо хоть немного усыпить бдительность верховного бога, а еще лучше отвлечь его внимание.

– Приветствую нового брата в нашей семье! – сказал Трасскор, встав и братски приобняв меня.

– И я приветствую тебя, божественный брат, – чуть кивнул я в ответ. – С возвращением и поздравляю с удачей в экспансии.

Камерол скрипел зубами, видя, что я ничего не предпринимаю, но ничего поделать не мог.

А я давно атаковал. Просто этого еще никто не знал, а когда узнают, станет слишком поздно.

Дело в том, что выращенные Дриандой баллистические ракеты, пять тысяч штук, снаряженные самыми мощными боевыми мифрилово-адамантовыми амулетами, вот уже минуту как стартовали и направились к своим целям. А целями служили… храмы всех присутствующих здесь богов, даже самых слабых.

Трасскор немного успокоился и, не особо играя словами, начал подводить разговор к тому, что он тут самый крутой парень на деревне, а стало быть, все должны жить по его правилам. То есть если еще проще, то я должен платить ему дань, как это делают все остальные, а иначе будет бо-бо.

– Щас тебе бо-бо будет, – ответил я. – И не только тебе.

И тут богам стало бо-бо, ибо ракеты одновременно достигли своих целей и ударили. Сотни храмов в один момент оказались разрушены, оборвались манопотоки, вместо которых к богам, точно по проводам, пришел шоковый удар сродни электрическому разряду.

И я атаковал в этот момент Трасскора, выгнувшегося дугой. В руках появилась винтовка, и я начал вбивать в него одну адамантовую пулю за другой, постоянно сокращая дистанцию.

Моя атака получилась настолько неожиданной и мощной, что верховный бог оказался полностью дезориентирован и все никак не мог собраться, едва успевая подставить защиту, но чаще не успевая, и три четверти моих выстрелов достигали цели.

Остальные боги валялись пластом, полностью оглушенные, лишь Камерол, самый сильный после Трасскора, сохранил сознание, но покачивался из стороны в сторону, словно пьяный.