– Введи его в состав правления, чтобы его присутствие у тебя в конторе и в банке было оправданным.

– Понял, – кивнул головой Огонь-Догановский и уселся в свое кресло.

– Так что, дело, выходит, только за концессией? – после короткого молчания спросил Сева, обращаясь ко всем присутствующим на «совещании».

– Да, – ответил Давыдовский.

– Не забывайте, что у нас на все про все десять дней, – весьма тревожно заявил Долгоруков.

– Этого мало, – подал голос Огонь-Догановский. – Почему хотя бы не две недели?

– Этот вопрос адресуйте не ко мне, – развел руками Всеволод Аркадьевич. – А вот, к господину Луке.

Все обернулись в сторону плотного человека в очках с золотой оправой. Тот, помолчав немного, произнес:

– Так сказал Густав.

У Огонь-Догановского, Африканыча, Давыдовского и даже Ленчика хватило ума не спрашивать у Луки, кто таков этот Густав. И так было понятно – кто…

ПРЕДАТЕЛЬСТВО ДЕМБО, или ОХРАННОЕ ОТДЕЛЕНИЕ НЕ ДРЕМЛЕТ

Ежели вы полагаете, что Охранное отделение ни хрена не делает и только ловит мух, напуская при этом на себя важный вид, то вы глубоко заблуждаетесь. Иначе бы трупы государя императора, великих князей, директора Департамента полиции, его помощников, начальников охранных и сыскных отделений, обер– и просто полицеймейстеров, частных приставов, филеров, топтунов и раскрытых секретных агентов просто валялись бы на улицах, и через них были бы вынуждены перешагивать рядовые прохожие, что непременно затрудняло бы общее движение. Если, конечно, они осмеливались бы выходить на улицы в подобной ситуации, что маловероятно… Но трупы на улицах не валялись, государь император Александр Александрович преспокойно здравствовал и не вел ни одной войны в Европе, желая поступать так и впредь; директор Департамента полиции Петр Николаевич Дурново даже не кашлял и не чихал (он вообще славился недюжинным здоровьем) и слал рапорты и докладные записки министру внутренних дел графу Толстому; начальник Охранного отделения Санкт-Петербурга полковник Петр Васильевич Секеринский и его товарищ, или, как иногда стали называть таковых, «заместитель» подполковник Степан Яковлевич Голубовский, – все были живы и невредимы. Правда, жертвы, конечно, имелись, но ведь и на старуху бывает проруха. А в ситуации, которая сложилась в империи, пять удачных покушений в год относительно пятидесяти сорванных – неплохая статистика, не правда ли? Ибо задачей Отделения по охранению общественной безопасности и порядка было не раскрывать преступления с политической подоплекой, а предупреждать их, – арестовывать преступников еще до свершения законопротивного деяния, как это, к примеру, случилось 1 марта 1887 года с «Террористической фракцией» Ульянова – Шевырева.