– Господин дознаватель…

– Вы разве еще не высказались?

– А если я помогу задержать двух законопреступников? И предотвратить крупную кражу? Мне это зачтется?

– Рано, – произнес Долгоруков.

– Что рано? – не понял Леонид

– Рано «колешься» про два миллиона. Дай им еще времени, чтобы попугать тебя, нагнать ужаса. Они это любят… А потом, поняв, что твое положение не из лучших, предложи им сделку: ты сдаешь крупнейшее в их жизни мошенничество, а они твое дело об утоплении «грача» квалифицируют как самооборонение. Или несчастный случай. И тебя отпускают до суда, которого потом не будет, потому как утопленник придет живехоньким через пару дней в участок и заявит, что все это была шутка. Или что он испугался и решил покуда затаиться. И максимум, что тебе грозит… Нет, – поправился Всеволод Аркадьевич, – скорее, ему грозит… так это штраф в пользу городской казны за нарушение общественного порядка и введение в заблуждение граждан. На этом – все…

– А откуда я узнал про два миллиона и предстоящую махинацию с ними? – спросил Ленчик.

– Конечно, ты узнал о предстоящей афере с двумя миллионами случайно. Когда ходил по поручению Совета директоров нашего акционерного общества в контору к «Гольденмахеру» уточнять сроки поставки рельсов и подслушал его разговор с Быстрицким.

– Давай подробнее, – попросил Ленчик. – Итак, я по вашему поручению отправляюсь на Малую Проломную в контору торгово-закупочной фирмы «Гольденмахер и компания»…

– Чтобы сообщить ее директору, что завтра деньги лягут на его счет, – продолжил мысль Ленчика Долгоруков.

– И чтобы уточнить сроки поставки первой партии рельсов из Германии, – тотчас добавил Ленчик.

– Верно! – одобрительно посмотрел на него Сева. – Ты приходишь, застаешь господина Гольденмахера на своем месте и сообщаешь ему радостную весть. Вы оба счастливы столь замечательным обстоятельством, возможно, выпиваете по этому случаю по рюмахе, и ты отправляешься восвояси, совершенно забыв…

– …поговорить о сроках поставки первой партии рельсов…

– Я решаю совершить променад по магазинам, – воодушевленно продолжил Ленчик, – часа два или три хожу по ним, совершаю покупки и вдруг вспоминаю, что забыл спросить господина «Гольденмахера» о сроках поставки первой партии рельсов…

Долгоруков снова на лету подхватил мысль Ленчика:

– Зная, что тебе придется отчитываться перед нами о своем визите в торгово-закупочную фирму, взявшуюся поставлять нам рельсы, ты возвращаешься в контору «Гольденмахера». Колокольчик на входе почему-то не звенит, и ты проходишь в контору, никем не встреченный.

– Я прохожу в помещение и слышу из дальней комнаты разговор…

– Да, – кивнул Всеволод Аркадьевич. – Говорит Гольденмахер.