Ужас в вытаращенных на меня глазах зашкалил за все мыслимые пределы.

Я встряхнул клерка и повторил вопрос. Дядька молчал. Кажется, со страху онемел.

Я перевел вопросительный взгляд на другого. Оттолкнул первого и шагнул к нему.

— Т-там, — шарахнувшись назад и вжавшись в стену, поспешно выпалил второй. И ткнул пальцем, указывая в потолок.

Что ж, неплохо. Значит, очевидная мысль — затеряться среди сотрудников в расчёте на то, что я не знаю его в лицо, Лавру в голову не пришла. Тратить время на выбивание остальных дверей не придётся.

Я вышел в коридор, устремился к лестнице.

Первый пролёт одолел в несколько прыжков. А в начале второго остановился.

Обычная лестница. Грязные ступени, металлические перила, стены с частично осыпавшейся штукатуркой. На вид ступени ничем не отличались от тех, по которым я только что взбежал. Но я не сумел бы дожить до своих лет, если бы не доверял интуиции. Чувству опасности, которое заставляло замирать и озираться иной раз в самых, казалось бы, мирных локациях.

Я опустил взгляд, по привычке пытаясь высмотреть растяжку. Шнур, лазерный луч — я не знал, что используют в этом мире люди для убийства себе подобных. Хотя, по логике, устанавливать мину в лестничном пролете — затея идиотская. Взрыв может обрушить и стену, и перекрытие третьего этажа… В ту же секунду я выставил перед собой Щит. То, что не вижу растяжку, не означает, что её нет. Если бы я не доверял своему чутью, меня давно бы не было в живых.

Щит меня и спас. Не от мины — как предположил я, опираясь на опыт предыдущей жизни. Здесь был другой мир. И с его сюрпризами ещё только предстояло познакомиться.

Металлическая лента перил вдруг сорвалась с опор и устремилась ко мне. Щит, поставленный мной, не успел активироваться окончательно, но, тем не менее, полёт ленты, рвущейся к моему горлу, замедлил. Ровно на то мгновение, которое мне понадобилось для того, чтобы в руке появилась цепь.

Я остановил ленту в момент, когда она обвила мою шею. Секунду спустя было бы уже поздно — стальные кольца намертво стиснули бы горло.

Я вскинул руку с цепью над головой и мощным рывком сдернул с себя стальной ошейник. Отшвырнул прочь.

Гигантская пружина, в которую превратилась металлическая лента, покатилась вниз по лестнице. На ступенях зазвенела сталь.

— Ай да Лавр, — потирая шею, проговорил я.

Неужели Лаврентий Пахомов — маг, а у Федота хватило наглости и безрассудства не предупредить меня об этом?..

Нет. Сомневаюсь. После того, как сдал мне убежище Лавра, Федот меньше всех заинтересован в том, чтобы я из этого убежища не выбрался. Сдав мне Лавра, он тем самым фактически подписал соглашение о сотрудничестве. Выбрал сторону, к которой примкнуть. Если я погибну, а Пахомов докопается до правды, Федоту не жить. И он не может этого не понимать.