– Но…

– Сутки? – предположил Жерар. – За это время, надеюсь, руссийские агенты соорудят нам какие-то документы. Мой сан здесь уже не послужит защитой, летунья.

– Если только сутки, – согласилась Хелен. – А? Все согласны?

В дверь постучали. Вот и завтрак поспел… долго они возились. Я пошел к двери, открыл.

Но это были Арнольд и Фарид. В первый миг я поразился тому, что меж них исчезла всякая напряженность. Они держались рядом, словно закадычные приятели.

Потом я увидел, как напряжены их лица.

– Ильмар, быстро… – прошептал Арнольд, смиряя свой голос.

Оглядываясь, они протиснулись в номер.

– Что такое? – уже ощутив страх, спросил я.

– То и случилось! – рявкнул Арнольд. И сунул мне под нос листок серой бумаги, еще влажный от клея. Видать, только что сорвал со стены.

На листке было мое собственное лицо и затейливая османская вязь.

– Там еще есть портреты Маркуса, Хелен, Жерара, – почти спокойно сказал Фарид. – И мой портрет. Насколько я могу понять… – он криво улыбнулся, – Держава и Руссия предъявили совместный ультиматум Османской империи. Это чудо, что мы до сих пор на свободе.

– Ты не слыхал про какие-нибудь пещеры под Крайовой? – спросил я и попытался лихо улыбнуться.

Но Фарид лишь покачал головой.

Несладко, должно быть, тайному агенту, которого сдало собственное начальство.

Глава третья,

в которой мы готовимся погибнуть на земле, но спасаемся в небесах

На окраине Османской империи, в маленьком городке Крайова, стояли в гостиничном номере двенадцать человек, одному из которых судьба предназначала стать Искупителем.

Не знаю, как и на чем сошлись Владетель с Ханом. Быть может, просто наставал тайный момент, заранее обговоренный, когда Держава и Ханство собирались прижать османцев. А может быть, все так сложилось из-за паники, охватившей правителей после нашего бегства. В одном я не сомневался: от греха подальше османцы нас выдадут. Вот только лишь схватят.

А схватить нас немного труда составит. Задержать всех паломников да и сверить лица с портретами. На это даже не дни нужны, часы.

– Не представляю, как они сговорились, – произнес вдруг Жерар. – Владетель и Хан… немыслимо!

Маркус повернул к нему бледное, словно мел, лицо:

– Владетель потому и правит Державой, что у него нет вечных врагов. Наверное, они решили овладеть Словом оба. Это же бездонная кладовая."

"– Половина мира – лучше, чем ничего? – Епископ с сомнением покачал головой. – Нет. Прости, Маркус, но я знаю твоего венценосного отца, быть может, лучше, чем ты.

– А я и не говорю, что он не попробует обмануть руссийцев.

Фарид тихонько засмеялся:

– Как бы Тайная Палата не обманула Владетеля…

А я подумал, что два волка могут загонять дичь вместе.