Спасающийся от погони оглянулся, и Джек наконец-то впервые с приезда в Лондон увидел лицо отца.

Никто из участников погони даже не оглянулся. Один за другим они нырнули в последнюю арку. Спрыгнув с перил, Джек пронёсся по платформе и влетел следом. Тяжело переводя дух, он окинул взглядом пассажиров, выстроившихся на краю в ожидании поезда, но Джон Баклз и Часовщик снова исчезли, словно их и не было…

— Джек, прекрати! — подбежала запыхавшаяся Гвен. — Ты с ума сошёл, все же смотрят!

Он не ответил. Да пускай весь мир пялится, главное — найти отца! Метнулся туда-сюда, лихорадочно заглядывая всем в лица.

Наклонился над путями, вглядываясь в другой конец платформы, позвал:

— Папа-а! Джон Ба-а…

Он не успел закончить: подвернулась нога. Резкая боль прошила всё тело. Джек не мог даже застонать: удар от падения на рельсы вышиб из груди весь воздух. Наверху поднялся шум, люди кричали, что надо скорее подниматься на платформу, звали на помощь.

— Не дотрагивайся до центрального рельса: током убьёт! — скомандовала Гвен, опускаясь на колени и протягивая сверху руку.

Он молча кивнул, не в силах пока говорить.

В глубине туннеля появился свет, донёсся стук колёс. Пассажиры на платформе загомонили ещё громче.

— Вставай, скорее! — Гвен легла на живот, стараясь дотянуться до Джека.

Но он смотрел в другую сторону. Огни поезда выхватили из темноты туннеля человеческую фигуру. Постояв немного, она шагнула к стене и исчезла. Не раздумывая, Джек вскочил и помчался туда. Стена станции мелькнула перед глазами и тоже исчезла, крики за спиной слышались всё слабее, а впереди росло и росло электрическое сияние: поезд приближался. Не обращая внимания на отбитые рёбра, Джек бежал вперёд.

Выбора не оставалось: либо там окажется дверь, либо он погибнет под колёсами поезда.

Ослепительный белый свет, рёв и скрежет: машинист ударил по тормозам. Поезд неумолимо надвигался, но в последнюю секунду взгляд Джека упал на ржавую дверную ручку, едва различимую на чёрной стене. В следующий миг он уже вглядывался в тьму лестничного провала, едва удерживая равновесие на верхней ступеньке. Визжа тормозами, поезд пролетел мимо. Переведя дух, Джек захлопнул за собой дверь и стал осторожно спускаться.

Одолев три длинных пролёта, он шагал уже довольно бодро и, несмотря на полную темноту, отчётливо ощущал эхо собственных шагов, а вскоре впереди нащупал вторую дверь с мерцающей стальной ручкой.

Он нажал её в надежде увидеть за дверью отца.

Джон Баклз-старший пятился к стене, выложенной жёлтой плиткой, а Часовщик наступал, выставив из рукава медный раструб огнемёта, из которого вырывалось пламя. Вдоль путей заброшенной платформы горело лишь несколько аварийных ламп. Под ногами валялись старые газеты, некоторые из них горели.